Темный целитель

— Правда? — тут же повернулась к нему Таелина.

— Правда, — мрачно ответил волшебник.

— Правда-правда? — и такая надежда загорелась в изумрудных глазах, что чародей понял — он только что совершил катастрофическую ошибку.

— Глорфиндель, я передумала! — заорала стредиземскому ковбою ведьма. — Всё щупальце не нужно.

И не успел маг с облегчением вздохнуть, продолжила:

— Отфигачь от тушки кусманчик, чтобы на эксперименты потом можно было пустить. Желательно, с кровью!

Гэндальф выругался. Глорфиндель крикнул что-то про «понял» и нырнул в воду.

Ну как нырнул… не сам — это осьминог от него попытался спрятаться.

Но у него не вышло.

Вынырнул эльф через несколько минут уже самостоятельно с порядочным куском морской тварюшки, нанизанным на меч. Таелина захлопала в ладошки и радостно рассмеялась, когда ей торжественно вручили сур-ровый нолдорский букет.

Гэндальф выругался повторно, на этот раз — из-за донесшегося из глубин Мории пронзительного визга. Это Сэм случайно наступил на истлевшее тело какого-то орка и решил по доброте душевной оповестить об этом всех окружающих.

Маг поспешил к месту происшествия. На голову отбитая парочка последовала за ним.

Братство нервно оглядывалось по сторонам, понимая, что вместо теплых объятий родственников Гимли, они угодили в какой-то склеп. Еще и с постоянной опасностью для жизни, потому что, кто его знает, что тут еще прячется.

Таелина ностальгически вздохнула. Словно домой вернулась, когда дядюшки ее из крепости на прогулки и пикники выводили.

Рядом так же ностальгически вздохнул Глорфиндель. Ситуация до боли напоминала случай с Гондолином, когда никто и не заметил, как куча эльфов в одну ночь пропала. Здесь, правда, не заметили смерти толпы гномов, но все же…

Трупов коротышек, правда, поблизости не обнаружилось, только орочьи… но это только пока.

— Рыжик, держись поближе, — шепнул он увлекшейся разглядыванием орнамента на стенах Таелине.

Братство споро зажигало факелы, потому что Гэндальф таки додумался закрыть тайную дверку и теперь малая прихожая погрузилась во мрак.

Девушка в ответ пробормотала что-то неразборчивое, но, вроде как, согласно кивнула.

Она и не собиралась никуда уходить. Зачем? Отряд сам все самые вкусные приключения на бедовые головы обнаружит. Ей останется только сливки снимать.

— Как такое возможно? — неверяще пробормотал Гимли.

Гном переживал личную драму, пытаясь соотнести ожидаемую картину с реальностью.