Шолох. Теневые блики

Уже через несколько мгновений послышались шаги, затем латунная ручка в виде листка падуба повернулась, и – та‑дам! – передо мной появился Лиссай собственной персоной.

Высокий, худой, невероятно красивый и… в расслабленно шёлковой пижаме лимонного цвета. Последнее меня жутко смутило: неужели я разбудила Ищущего? Его высочество – адепт дневного сна? Но отступать было поздно.

– Тинави! – неподдельно обрадовался принц при виде меня. – Вам удалось выделить время для визита – это чудесно. Вы вовремя – мне к‑как раз подали чай.

Лиссай светился от радости, как оранжевая ягодка дерева ошши – такой же рыжий и тёплый, и я вдруг подумала, что мне хочется называть его Лисом, а не Лиссаем.

Слегка поклонившись, принц галантно пропустил меня внутрь. Когда он повернулся, стало видно, что на спине его пижамы вышито королевское древо в короне – красота!

Но войдя в комнату, я обомлела.

Круглое помещение с купольным потолком не содержало почти никакой мебели: только кровать, кресло и пустой мольберт.

Кровать, очевидно сделанную из тёмного дуба, зачем‑то перекрасили в чистейший белый цвет. И постельное белье на ней было белым. И обивка кресла. Вместо штор – тонкий белый тюль. Белые стены, белый пол…

Мне показалось, что я снова в Лазарете.

Только распахнутые настежь окна под потолком добавляли помещению жизни. Растущая снаружи глициния бесцеремонно шарила сиреневыми и голубыми ветками по комнате – они проваливались сверху вниз, наполняя спальню свежим цветочным ароматом.

– К‑как вам? – любезно спросил Лиссай, усаживая меня в единственное кресло и выдавая белую фарфоровую чашечку с чаем.

Чайник – белый – стоял прямо на полу.

– Весьма… необычно, – призналась я.

Как‑то совсем не так представляешь дворцовые покои.

– Вы ведь понимаете, зачем это? – Лиссай посмотрел на меня заговорщически. Нечто безумное мелькнуло в его глазах.

– Не хочу вас разочаровывать, – осторожно ответила я, снова обводя комнату взглядом.

Принц будто немного расстроился, но потом воспрянул духом и кивнул, после чего неожиданно разулся и босиком прошлёпал в дальнюю часть спальни. Там он встал, широко раскинув руки, и торжественно объявил:

– После долгих экспериментов мне удалось создать пространство, из к‑которого легче уходить в Святилище. То есть это я называю его Святилищем. Не знаю, какой вариант предпочитаете вы.