Шолох. Теневые блики

– Не думаю, что стоит рассказывать в Лазарете о случившемся: мне кажется, за выход к бокки мне сделают публичный выговор, если не что похуже.

– По‑твоему, выговор страшнее потери руки?!

Кадия, рубанув по воздуху ладонью, прервала нашу дискуссию:

– Так! Народ! Давайте решать проблемы по мере поступления. Сейчас у нас есть некий мальчик без сознания, и лично я хочу привести его в чувство, чтобы понять, за каким прахом он попёрся гулять в полнолуние. Может, он вообще психопат какой‑то и мы зря его спасли. Нужно срочно определиться с его добропорядочностью.

Заклинания не сработали. Мальчишка мирно спал.

Оставшееся до рассвета время – а поздней весной солнце встаёт очень рано – мы пытались его разбудить. Кадия – пинками и ушатом ледяной воды. Дахху – ворожбой. Я – уговорами.

Под утро мы совершили ещё одно жуткое преступление: связали подростка простынями, затолкали получившийся кулёк между диваном и стеной и с полными сомнения душами легли спать.

– Кад, – шепнула я подруге, когда Дахху вырубился. – Как думаешь, нас не посадят за такое в тюрьму?

– Сегодня не посадят! – оптимистично отмахнулась Кадия и сразу же мирно засопела.

Я со вздохом последовала её примеру.

[1] Тринап, то есть «трижды‑на‑пригорке», – командная игра с мячом, лассо и битами, известная как национальный спорт Лесного королевства.

Глава 2. Познакомьтесь с Полынью!

Удача – это всего лишь умение быть начеку.

Балатон из Дома Мчащихся, Глас короля

Меня разбудил громкий стук в дверь. Тяжёлые резкие удары, будто добиться внимания пытался горный тролль, а то и кто побольше.

В комнате было душно и жёлто от всепроникающего солнечного света.

Я подскочила на кровати и побежала открывать, на ходу перепрыгивая через спящие на матрасах тушки Дахху и Кадии. За диваном угрюмо безмолвствовал то ли спасённый, то ли похищенный мальчик.

Мальчик!

Прахов прах, прах, прах!

Неужели это Смотрящие из Лесного ведомства пришли по наши преступные души? Или чародеи‑Лакмусы хотят перекинуться парой ласковых? А может, вообще Ходящие… Тогда пиши пропало.

У меня непроизвольно вырвался стон.

Я оглянулась на ребят. У Кадии, дрыхнувшей в позе звезды, ярко блестели на солнце волосы. Во сне подруга скинула с себя одеяло и возлежала с достоинством, удивительным для человека в пижаме. Дахху же свернулся под пледом в клубок, так что торчали только нос и нестриженые вихры.