Шолох. Теневые блики

Хотя она же не просто архивариусом каким стала, а заместительницей шефа! Немалое дело! Да в любом случае: из‑за своей беды стопорить нормальному мужику карьеру – это по‑свински!

– Почему стопорить?

– Ну, двухлетний срок у Полыни уже совсем скоро закончится. Чтобы Генералом Улова стать, надо заявку подать, что начинаешь гонку. И среди твоих девятисот девяноста девяти дел не должно быть ни одного нераскрытого. Если к тебе что‑то присобачили официально – изволь разобраться. А с этими убийствами… Ой вряд ли.

Малёк авторитетно покачал головой.

Я недоумевала:

– А почему Селия так ненавидит Полынь?

– КХЕ‑КХЕМ. Тинави, Гамор, это что такое? Дружка нашла, голову потеряла? Мила девица дороже знаний? – За перешёптываниями я не заметила, когда подошёл и грозно навис над нами мастер Улиус.

Курчавая борода шефа пахла ромашковым мылом.

Он загудел:

– Я человек добрый, но болтунов на дух не переношу. В качестве штрафа будет вам по дополнительному заданию. Да не от ваших кураторов, а от меня лично.

Мы извинились.

Мастер Улиус ещё пару минут разглагольствовал о том, как нехорошо шептаться вместо того, чтобы «погружаться в великолепный источник пламенеющих знаний», а потом продолжил лекцию.

Я опять наткнулась на подозрительный взгляд Селии. Хотела по привычке отвести глаза, но сдержалась.

Глава департамента Ловчих сказал бы: «Враг моего друга – мой враг». Видимо, визитку вчера Селия дала мне для доносов на Внемлющего…

Не знаю, чем уж там Полынь насолил этой даме, но, пожалуй, я буду на его стороне.

* * *

После лекции «мальки» отправились к своим кураторам – помогать.

Я спустилась на второй этаж и нашла кабинет Полыни. В верхнем правом углу деревянной двери было выцарапано: «Удачи! Мы тебя любим!». И сердечко.

Я усмехнулась. Генерал Улова, значит.

Причём надпись успели оставить сегодня! Ведь ещё вчера, когда Полынь торжественно показывал мне свои владения, её не было.

Уже открыв дверь, я ненадолго остановилась на пороге, чтобы ещё разок поизумляться открывающейся отсюда картине. Думаю, это станет моим ежедневным ритуалом: ведь кабинет Полыни впечатляет не меньше, чем сам Ловчий. При виде его хочется то ли скорбно накрыть лицо ладонью, то ли восхититься, то ли испугаться.