Препод 2

Затем была ещё одна дверь и, пройдя через неё, я оказался в большом открытом дворе, засыпанном тонким белым песком. То тут, то там на песке стояли шезлонги в которых располагались мужчины в таких же плавках как у меня и женщины, снова, в почти земного кроя, открытых купальниках. И никакой групповухи, никакого хлестания плётками и подвешивания на цепях.

Я был почти разочарован.

Самый обычный, хоть и неплохой отель на первой линии, с самыми обычными отдыхающими. За пальмами, вдалеке мелькала синяя полоска моря, справа находилось что-то похожее на площадку для волейбола, а слева виднелись трёхэтажные жилые корпуса.

- В-Вольдемар, - послышался сбоку тоненький голосок, который я даже не сразу узнал, а обернувшись, увидел пунцовую как переваренный рак графиню Честер, в купальнике.

Одной рукой она прикрывала грудь, второй норовила прикрыть треугольник ткани между ног. Тут у меня в мозгу щёлкнуло и я посмотрел на всё происходящее взглядом не жителя двадцать первого века, а того, прежнего Вольдемара.

- Злотана, вы просто восхитительны, этот купальный костюм вам так идёт, - попытался я немного раскрепостить женщину, но лишь смутил её ещё сильнее.

Графиню, после моих слов, и вовсе заклинило на месте, пришлось подходить и почти насильно отрывать её руку от груди, беря в свою.

- Расслабьтесь, - приговаривал я, - здесь все так ходят, и вам совершенно нечего стыдиться. Были бы у вас какие-то изъяны, но у вас просто идеальная фигура.

Почти загипнотизировав её тихим и спокойным голосом, повёл за пальмы, к морю, подальше от других, чтобы побороть смущение и дать немного привыкнуть к одежде.

- В обычные дни одеваются по другому? - спросил я чуть погодя.

- Совсем по другому, - произнесла женщина, за получасовую прогулку немного успокоившаяся и почти уже не прикрывавшаяся от каждого шороха.

Внезапно она остановилась, стукнула меня по груди кулачком и с некоторой обидой произнесла:

- Так не честно, Вольдемар, это вы должны были краснеть и смущаться, а я вас уговаривать, что всё нормально. Вместо этого вы так спокойны, словно постоянно только и делаете, что разгуливаете в таком виде.