Рыжие тёмными не бывают

— Только я отойду от вертолёта, они доберутся до электроники и он больше не взлетит. Невидимость их нарушается только в моём присутствии. Они невидимы и практически везде. Если их не остановить, мир останется без электричества.

Генерал медленно выходит из вертолёта, выхватывает небольшой пистолет и быстро делает несколько выстрелов. От большинства пуль уродец ловко уворачивается, но дважды дёргается и делает шаг от нас. Я прямо из вертолёта перемещаюсь телепортом и с двух-трёх метров швыряю в него фриз. Грелл падает.

Два других выскакивают из тех самых кустов, огромными скачками несутся в мою сторону. Файрболом попадаю в одного, он вспыхивает и продолжает какое-то время бежать в мою сторону, потом падает и горит уже неподвижный. Оставшийся ныряет в сторону в последний момент и файр проходит мимо, а грелл также вскачь несётся между зданий и людей, которые вышли к вертолёту. Двигалась тварь настолько быстро, что мало кто хоть как-то успевал среагировать.

«Тебя где носило? Нравится, чтобы за тебя переживали?» — Едва останавливаю машину на внутреннем дворе базы, до меня доносится мысленный крик.

Оглядываюсь в поисках Эли, стоит в сторонке, скрестив руки на груди и поджав губы.

«Гад и сволочь. Я места себе не находила, как услышала. Полетать ему захотелось.» — Кажется, пореветь она тоже успела, глаза красные.

— Мы пленного взяли. — Показываю на машину, из которой под руководством Химика достают замороженного грелла.

— Кстати, обрати внимание, — смеюсь, — как работает моя заморозка.

Будешь бузить сильно, будешь таким же брёвнышком.

«Ты гад, гад, гад, гад, гад, гад…» — Эля улыбается, а на щеках блестят дорожки от слёз.

— Я закончила. Ты был прав. — Она подходит так близко, что я просто вынужден её обнять. — У нас есть года три до момента, пока на Земле потухнет последняя лампочка. А проблемы в энергетике уже начинаются.

Она неожиданно меня отталкивает и выпускает файрбол, я лишь успеваю увидеть объятого пламенем неосторожно показавшегося в углу двора грелла.

— С ума сошла? — Смотрю на её сердито поджатые губки.

«Считай, это он за тебя получил.».

Глава 5.

Краш.

Теперь у неё срывает крышу по-другому, не знаю, что хуже, её фонтанирующее даже без всяких способностей сексуальное желание или вот это.

«Ты спишь в моей комнате и всё. Могу в комбинезоне спать, ничего не хочу, но не отпущу, глаз не спущу с тебя.» — Она плачет, даже когда я заставляю её улыбнуться, практически без остановки.

— Поедем домой?

— Не хочу.