Перерождённая в отоме-игре

Скроюсь в толпе, и не найдёшь.

— Мальчишка… — шикнул сквозь зубы Дэвид. — Да, признаю, что порой теряю тебя из виду и не узнаю в толпе, но ведь Алексу удалось как-то тебя узнать. Значит, не всё так гладко.

— А… — с раздражением протянула я. — Не до конца поняла, что этот тип сделал. Обслюнявил меня, сказав, что таким образом он «вдохнул в моё тело своей маны». И когда я нахожусь рядом, он меня сразу узнаёт. Это какой-то фокус с магией, но он не вечен. Так что…

— «Обслюнявил»? Вот же Хитрый Лис, — неожиданно пробубнил Дэвид, проведя ладонью по подбородку.

Ого! Я единственная, кто так его зовёт. С каких это пор Дэвид к нему так обращается? — Умён… Но как бы то ни было, ты также должна признать, что немного сумасшедшая. Иначе я никак не могу оправдать то, что ты всё же выделяешься.

То есть во мне больше ничего нет? Я просто чокнутая пустышка? Он это хочет сказать? Ох, ну простите меня, плебея, за то, что заставила вас общаться со столь низким насекомым. Вот, можете меня ещё раз шарахнуть об пол, если вам станет легче.

А после ещё и пройдитесь сверху. Нам, сумасшедшим простолюдинам, всё ни по чём.

— Сумасшедшая? Ладно, — с улыбкой произнесла я, медленно поднимаясь с дивана и направляясь к выходу. Вроде могу ходить. — Но я хотя бы не целуюсь с людьми своего же пола.

Это было метко. Так метко, что даже опасно. Ибо в эту же секунду в комнате вновь стало трудно дышать. Я напомнила то, чего напоминать не стоило. Но жалею ли я? Нет! Око за око, зуб за зуб. А теперь делаем ноги, пока целы.

Вот я уже в коридоре, уже сделала пару шагов, уже прошла пару метров, но…

— Ран, — позвал меня Дэвид, после чего я почувствовала, как кто-то взял меня за руку и дёрнул назад.

Чёрт!

Не успела я опомниться, как мои скулы уже крепко сжимали ладонью, слегка задрав подбородок вверх. Перед взором отчётливо мелькают колючие, словно еловые иголки, зелёные глаза Дэвида Асмэй, а на губах чувствую его тепло и дыхание. Что?! Более того, я чувствовала, как по рту и горлу что-то скатывается.

Что-то тяжёлое, массивное, словно дым, но его не сплюнуть и не выдохнуть.

Наконец-то, когда этот агрессор меня отпустил и отступил на шаг назад, я заметила, что он усмехался, в то время как я пыталась отдышаться и понять, что только что проглотила.

— Что ты только что сделал? — требовательно спросила я.

— Дал немного своей маны, — спокойно ответил он, не скрывая своего чувства триумфа и победы. — Теперь я буду знать, где ты.