Царевна, спецназ и царский указ

При этом он издавал клокочущие горловые звуки, в коих слышалось отчетливо ругательное.

– Ты… – Алька поняла, что голос у нее вдруг как-то сел. – Ты чего это?..

В этот момент петух наконец прыгнул – все так же топыря крылья и метя клювом прямо в царевнины коленки.

Снова взвизгнув, Алька отскочила и попыталась пнуть уже петуха – на что тот отреагировал новым броском – и на этот раз достал. На царевне были и сарафан, и поддевка, однако и клюв у защитника курятника оказался будто стальным.

Завопив, Алевтина, прежде чем кинуться наутек, отмахнулась ковшом – и зерно веером полетело в разные стороны. Куры с радостным квохтанием высыпали из загородки полным составом и принялись склевывать зерно с земли.

Впрочем, этого царевна уже не видела. Потому что, подобрав подол, с воплями нарезала по заднему двору круги, спасаясь от своего преследователя. Петуха не взволновало даже зерно: куда важнее было утвердить свою власть и показать, кто здесь главный, этой наглой девице.

– Я из тебя суп сварю! С потрохами! – вопила царевна на бегу несбыточное.

*

Закончив пробежку, богатыри собирались уже приступить к разминке. Вот только вопли с заднего двора заставляли настороженно оглядываться.

– Надо бы глянуть, как там наша царевна, – как бы между прочим заметил Савелий. Но первым из-за угла выглянул Светик.

– Ой… ну, вроде как… кур кормит.

– Ага, – глубокомысленно покивал Савелий, выглянув следом. – Ну, чего… бегать – оно полезно.

Даже девицам.

– А куры-то не разбегутся?

– Да чего ж они – дуры, что ли? Вернутся. Вон, петух загонит. Как царевну выгонит, так и их загонит.

– Как бы она мне грядки не потоптала, – озабоченно нахмурился Ратмир.

Аптекарский огородик Ратмира располагался дальше. Росли в нем исключительно целебные травы – некоторые редкие, а то и вовсе бесценные.

– Да не должна бы, – Савелий пожал плечами и проследил глазами, как царевна, с визгом на бегу лихо перемахнув через очередной невысокий заборчик, умчалась к амбарам, а петух, наконец остановившись, победоносно заклекотал и гордо прошествовал обратно к своей загородке.

– Светик, поди-ка, ковшик подбери. Что-то думается мне, не станет наша царевна за ним возвращаться.

*

Забежав за угол амбара, Алька оглянулась, убедилась, что преследователь наконец отстал, и остановилась, наклонившись и уперев руки в коленки, чтобы отдышаться.