Царевна, спецназ и царский указ

Да только, наткнувшись на ответный, пристальный и недобрый взгляд колдуна Ратмира – глаза в глаза – вдруг споткнулась на полуслове, да так и замерла с открытым ртом.

– Спать, – коротко приказал маг без диплома. И царевна рухнула мешком – Светик, снова случившийся ближе всех, едва успел ее подхватить, чтобы вовсе на пол через лавку не перевалилась.

***

– Свет мой, зеркальце, скажи… – тон был обманчиво-ласковым: правительница Наина Гавриловна, только что прочитавшая пришедшую с птицей весточку из академии, смотрела в зеркало с нескрываемой яростью.

– Понятия не имею, – зевнуло ее отражение. – Она твой подарок в окно выбросила. И ни одного зеркала рядом!

Глава третья, в которой судьба царевны решается без ее ведома

– Так-то лучше, – ровно продолжил Ратмир. – Теперь и спокойно обсудить можно.

Михайла бросил на него взгляд – не то чтобы одобрительный, но понимающий, и спустя мгновение кивнул. Светик тем временем с пыхтением отволок беспробудно спящую царевну на уже привычное ложе – его собственную кровать – и вернулся за общий стол.

– Итак, – заново начал Михайла, – есть у нас тут царевна. С одной стороны, и впрямь – не дело. Наследница ведь. По всем законам и обычаям – пора бы правительнице Наине трон ей уступить. С другой…

– Видели мы ту наследницу, – холодно усмехнулся Ратмир. – Куда ей страной-то править?

– А что, – нахмурился Акмаль, – хорошая девушка. Ну, молодая, может, наивная еще. Так никто старым не рождается. Оботрется. По праву-то, выходит, не Наинино это место.

– А присягу воинскую мы Наине Гавриловне давали, – задумчиво произнес Михайла. – Не наше это вообще-то дело – решать, кто на троне сидеть должен.

– Вообще-то в присяге было сказано еще “во благо Тридевятого царства и во соблюдение законов его…” – негромко возразил Анжей. – А закон-то, похоже, на Алевтининой стороне. А еще я слыхал, будто и впрямь Наиной-то не все довольны.

– Ты что думаешь? И ты? – Михайла посмотрел прямо Олешека, а затем на Светика, и оба разом опустили глаза.

– Она красивая, – невпопад ляпнул юный Святослав и тут же засмущался. – То есть, я хотел сказать, хорошая же царица будет! Настоящая. И впрямь ведь дочка-то родная единственная, и по праву… – ученик запнулся, стушевался окончательно и замолк.

Олешек вздохнул.