Дочь морского бога

Того, кто сам же её и выпил вместе с вином. Лили Хэзилнат.

Друзья-залётчики снова переглянулись. Стоит записать в адрес Маркуса ещё одно очко, лицо у него вытянулось. Сам не ожидал настолько дерзкого полёта мысли своего отца?

— Девушка давно пристрастилась к запрещённым веществам, — добавил граф-маршал. — Печально, но такое бывает. Низкое происхождение, туманные перспективы… А яркой жизни так хочется.

— Да, — шлёпнул губами Вернард, но под одобрительным взглядом отца заговорил громче: — Да, мы давно замечали, что Лили странно себя ведёт.

Рассеяна на лекциях, редко отвечает на семинарах.

— Серебряная пыль меняет личность, но процесс медленный, — блистал познаниями лорд Варкис. — Если бы не происшествие на вечере в честь начала занятий, кто знает, когда бы открылась правда?

— И скольких достойных юношей госпожа Хэзилнат успела бы втянуть в опасные развлечения.

— Чудо, что её поймали, — высоким от волнения голосом сказал Маркус Кент.

Роджер сдавил пальцами переносицу, чтобы никто не видел, как он морщится.

Феерические мерзавцы. Все четверо. Слов не было выразить всю глубину презрения к ним. Сейчас последует обязательное “не ломайте судьбу мальчикам”. А дальше по настроению. Или угрозы подкинуть проблем лично Роджеру, или обещание сделать щедрое пожертвование факультету через попечительский совет.

“Дорого же вам обойдётся Лили, — язвительно шепнул внутренний голос. — Нужно было идти в бордель”.

Или побрезговали? Ах, вот в чём дело. Мозгов хватило не приближаться к аристократкам, но с простолюдинок спрос другой.

Роджер помнил по своей академии.

“Да кто она такая? Да как смеет мне отказывать?”

— Надеюсь, мы уладим вопрос? — спросил лорд Варкис. — Со своей стороны обещаю всяческое содействие. Маркус честно просидит под арестом положенное время и ответит на все вопросы. Мой личный законник уже ждёт в вашей приёмной. Вы ведь не будете возражать против его присутствия на допросе?

— Обычной беседе, — поправил его граф-маршал. — Допрашивают обвиняемых и свидетелей, а Маркус и Вернард просто шли мимо.

“Убирайтесь, — вертелось на языке. — Можно прямиком в бездну, но, так уж и быть, просто из моего кабинета”.

Однако даже титул принца Мальмы не давал Роджеру права так разговаривать с аристократами другого королевства. А жаль.

— Я считаю нужным привлечь к расследованию тайную канцелярию, — выложил он на стол свой главный козырь. — Академия имеет статус королевской. Пятном на её репутации должны заниматься люди Гарольда Прима.