Не смейте обижать моих сестёр

Грустно опускаю голову в пол, словно раскаиваясь во всех грехах, и для пущей убедительности шмыгаю носом, краем глаза отмечая недовольно поджатые губы первой леди. Император уже не так сердит, но все же доля ворчания проскальзывает в его голосе:

– А если бы с тобой что-то случилось?

С чего такая забота? Странно. Продолжаю изображать показную грусть и стыд – всё же свою партию нужно отыграть до конца, раз уже начала. И вдруг понимаю, что резко слабею. Всем своим естеством ощущаю, как замораживается моя магия.

Жгучий холод проносится по телу, и я неосознанно следую всем советам Ранита, с неохотой используя недавно обнаруженную некромагию, но в итоге возвращаю контроль над своей же магией. Удивляется император вполне искренне:

– Так ты всё же ходила на занятия? Была в академии?

– Ваше величество, – перебила императора, игнорируя вопрос, – будьте мужчиной и скажите прямо, что вам от меня нужно.

– Пока рано.

– Хорошо, давайте обсудим этот вопрос на закате, – не могла не съязвить.

Одного возмущенного взгляда лорда Амартена хватило мне, чтобы замолкнуть на минуту. Ох, не стоило язвить, я же собиралась... Кстати, об этом! Грустно вздохнув, вытираю ладонью несуществующие слёзы и, слегка запинаясь от якобы расстроенных чувств, выдаю:

– По… почему этот мир так же… жесток? Я… я всего лишь хотела быть сча… счастливой, – всхлипываю погромче. – А в… вы мало того, что лишаете меня возможности б… быть с моим женихом, вы хо… хотите, чтобы я все своё время посвящала учебе.

У меня нагрузки в разы больше, чем у других адептов. А я не сильный воин. Я хру… хрупкая девушка-а-а…

Император, пораженный моей реакцией, заметно растерялся. Я, доводя дело до конца, сильней взвыла и даже пустила настоящий поток слез. Эх, какой бы актрисой могла стать! Толпа поклонников, восторженные аплодисменты. Ой, нет, и других проблем хватает. Ноги подкашиваются (делаю это специально), и начинаю падать, но лорд Амартен не оставляет мне возможности познакомить с полом и вовремя подхватывает, бережно прижимая к себе.

Бережно?

– Тише, тише, моя девочка, – успокаивающе шепчет он и проводит шершавой ладонью по моим розовым волосам. – Не плачь.

ЧТО?

– Двенадцать месяцев в году,

Прошу, мне дайте тишину.

Укройте ночью от беды,

Спасите днём от суеты.

Император спел общеизвестную колыбельную, которую я в детстве часто слышала от мамы.

Император. Спел. Колыбельную. Мне.