Саймон Тэйкер и второй год в Хогвартсе

Чего Саймон не понимал, так это того, почему после всей этой истории отношение студентов конкретно к нему не поменялось ни на йоту. Он справедливо ожидал, что его тепень начнут опасаться, сторониться, но нет… Почти все были так же приветливы с ним, Мэнди и Уэйн постоянно здоровались, и даже гриффиндорцы были равнодушны не более, чем всегда. Зато Саймон лично стал свидетелем того, как второкурсник Джастин Финч-Флетчли, увидев в коридоре Гарри Поттера, круто развернулся и убежал. Значит, он был больше уверен в виновности Поттера, нежели Саймона.

- Скорее всего, против Поттера больше доказательств, - задумчиво сказал Драко, когда Саймон в гостиной Слизерина тихо поделился с ними своими соображениями, - Финч-Флетчли – магл, и Поттеру об этом известно. И о том, что Филч, оказывается, сквиб – вот уж новость так новость – Поттер тоже знал. Кроме того, ты убедительно объяснил, почему ушёл с банкета.

- Особенности национального воспитания, - так же тихо ответил Саймон, - у нас любое заигрывание со смертью строго порицается.

- Ясно, - кивнул Драко, - в общем, эти трое не смогли толком объяснить, как они там оказались. А люди же не идиоты. Если им что-то не говорят – значит, они додумают это сами. Вот и додумали. Жаль только, что додумали они предсказуемо примитивно. Потому что всякий, у кого есть хоть капля мозгов, прекрасно понимает, что вы тут ни при чём.

Саймон вспомнил о том, что слышал этот жуткий голос. Странно, что он только сейчас о нём вспомнил. Казалось, что память мальчика желала как можно быстрее стереть эти ужасные двадцать минут, когда он стоял, не шевелясь и вцепившись в своего питомца, который, ни много, ни мало, избавил его от смерти.

Да, Саймон не сомневался, что миссис Норрис хотели именно убить. Угрозы, написанные кровью (или убедительной её имитиацией), даже самый недалёкий человек должен догадаться трактовать как смертельную.

Мысли его вернулись к Гарри, Рону и Гермионе. Теперь он, кажется, понимал, почему они тоже там оказались. Потому что Поттер услышал этот голос. Что же это за голос такой, что одни его слышат, а другие – нет?

- А у тебя есть мысли, Драко, что это может быть? – спросил Саймон друга.