Эра магов 3

Как-то он не был готов видеть Эльвиру в таком виде, да еще и неестественно спокойную. Словно под снотворным. Она точно не была такой прежде, совершенно точно!

Когда Эйван застал в бане голую Току и Аирен – его настиг оглушительный визг и ругань. В него тогда полетели вещи и вообще все то, что попалось разъяренным фуриям под руку.

А эта... такой холод от нее исходил. Жуткий, потусторонний холод, который не согреть жаром печи. Мороз по коже от равнодушного взгляда убийцы.

Теперь Эйван понимал, что Эльвира – совершенно не та девчонка, с которой он познакомился летом.

Оставалось только догадываться, через что она прошла за эти месяцы. Она больше не показывала агрессии к Эйвану потому, что он оборотень и инстинкт изгоняющего требует убить нечистого. Она в целом выглядела очень веселой и легкой. На первый взгляд.

Но Эльвира теперь пугала. Как неизвестная потусторонняя сущность, которая притворяется другом, но своею хищной тенью тянет к жертве лапы, постепенно сжимая горло.

Наверное, такой страх и должна испытывать нечисть при виде охотника?

Но ведь Асириус привязался к ней, они все друзья...

Может, Эйван просто чего-то не понял? Растерянный, полный противоречивых чувств, он шагнул в дом, прошел мимо иномирных гостей и просто рухнул в постель.

Голова кружилась. Он хотел помочь всем друзьям решить их проблемы. Но оборотень долго не замечал, что с каждым новым гостем и его историей он теряет частичку внутреннего покоя.А теперь оборотень пресытился тревогой внутренних демонов, она измотала его, лишив сил воспринимать действительность здраво.

Эйван ненадолго прикрыл глаза и, как оказалось, заснул.

– А можно потрогать? Оно дергается? Само по себе? Ух ты! Теплый! – послышался довольный девичий голосок.

Эйван приоткрыл глаз, чтобы понять, о чем речь. Это Эльвира стояла перед равнодушным Френкереном и перебирала ему перья в гребне. Обычно маг такое никому не позволял, но ведь рядом с ним на полу лежал едо-тень, который охранял свою подругу, вынуждая мага быть крайне терпеливым и вежливым.

Бедняга вжался в стул и сдавил пальцами прутья спинки.

Френу это на пользу. А то без зазрения совести выпил весь грибной отвар, даже не извинившись. Эйван до сих пор злился за это.

– А ведь у моего деда тоже ирокез! Только не из перьев, а обычный. Только красный, ну, или зеленый. Он красится в зависимости от поры года. Слу-у-ушай...

– Нет.

– Я не договорила.