Всё началось с дракона

- Тем более что ты мне утром обещала совершенно серьезно подыгрывать. Вы же с Малом любите друг друга. На каждом углу обнимались, а тут вдруг резкая перемена?

Ну, так-то он прав, но как мне это сделать? Чтобы и вашим и нашим. Задачка посложнее чем партия в «Четверку» будет.

- Я же сказал уже, расслабься, - посоветовал он, - И просто танцуй. И улыбайся, улыбайся. Ты же счастливой должна быть.

Вот как бы врезала! Но нет, я лишь улыбнулась, и хм… уступила позицию.

- Хорошо, танцуем.

Музыка звучала, Лами вёл, и как ни странно я расслабилась, а через какое-то время и начала улыбаться по-настоящему.

Действие меня увлекло и я даже, почувствовала себя счастливой и снова пропустила момент, когда его губы коснулись моих. Это было так неожиданно и потому так остро, но он быстро отпустил, отыгрывая свою роль сполна, а я халтурила.

- Лами? – внезапно все чувства, словно покинули меня. Весь тот бушующий океан эмоций стих, оставив лишь пустоту и усталость.

- Я могу уже уйти? – словно послушная маленькая девочка попросила я. Хотела добавить, что если нет, то скоро ему снова придется меня нести, но этого не понадобилось.

- Хорошо, иди, - кивнул он, - Я справлюсь тут за нас обоих.

На мгновение я благодарно к нему прижалась и нырнула в толпу, и уже там набросила невидимость.

Чёрт! Стукнула я кулаком по стене уже в коридоре. Судя по его поведению, он был рядом очень много, и получалось, что он меня выучил хорошо, а я его не знала совсем.

Вера верой, доверие вообще штука сложная, но идти за кем-то вслепую я терпеть не могла. Не очень честная ситуация. Хотя….

Я еле сдержалась, чтобы истерично не заржать в голос. Да уж не мне говорить о честности. Я лучше многих знала, что понятия «честность», «равенство», «справедливость» у каждого свои, и никогда не совпадают относительно других.

Прямо так, не снимая даже туфель, я рухнула на нашу большую кровать и отрубилась. Усталость смяла, потому что внутри было пусто, и подставить что-то ей в противовес я не могла.

А когда проснулась через какое-то время, то была уже и без туфель и без платья, совершенно одна в комнате, заботливо закутанная в одеяло.