Непослушная игрушка

Да и о чём говорить? Весёлое не вспоминалось, о плохом говорить не хотелось. Верона сидела тихонечко, даже не притронулась к еде. И смотрела, смотрела на меня. Под конец я не выдержал.

-Верона, я уже решил, и это не обсуждается. Съезжу и посмотрю, делов-то.

-Ты вернёшься?

Я замялся. Врать не хотелось, но и говорить правду было жестоко.

-Сделаю всё, что зависит от меня, – ответил я немного туманно – но есть ещё и судьба – и Эли, закончил я про себя. И что он ещё придумает – неизвестно.

Верона после слов о судьбе замерла, потом еле слышно выдохнула.

-Раз ты решил, значит, так надо. А я буду ждать.

Когда мы вышли во двор, солдаты уже были в сёдлах и ждали только меня. Не желая затягивать проводы, я сразу уселся на коня, повернулся, чтобы сказать что-нибудь на прощание, но слова сразу пропали – Верона стояла неестественно прямо, смотрела на меня, не отрывая взгляда, и по лицу непрерывно бежали слёзы.

Успокаивать, врать, обещать? Больше мы не увидимся. И сюда я уже точно не вернусь. Во всяком случае, по своей воле.

С трудом отведя взгляд от лица Вероны, я махнул рукой отряду.

-Вперёд!

Слёзы Вероны испортили мне настроение на весь день. Никто не любит женские слёзы, а эти были ещё и какие-то неправильные. Ну не должна была Верона плакать! Уж сколько она натерпелась от меня и моих выходок, так что должна только радоваться, что избавилась от источника постоянных проблем. В крайнем случае, как актриса, завалившая роль – быть мрачной. Возможно, она даже знает что-то о дальнейших планах Эли и жалеет меня.

Но плакать?! Мысль о том, что я для неё значу чуть больше, чем остальные, мелькнула, но я тут же отмёл её как дикую. Что у нас было? Несколько ночей в постели, а в остальное время я ругался, унижал её, оскорблял. И после этого она дорожит мной?! Не сходится. Лучше бы плюнуть и забыть этот глупый эпизод, но залитое слезами лицо Вероны снова и снова всплывало в памяти, и я снова, и снова пытался найти причину такого неправильного поведения, но ничего толком так и не решил. Неправильно как-то это всё, не по-киношному.

Дорога, как ни странно, прошла без приключений. Может, мы даром никому не нужны были, а может, сыграла роль готовность отряда к атаке в любой момент. Уже вечером полусотник Пеко, командовавший отрядом, приказал всем надеть кольчуги. И двигались мы по всем правилам – впереди и сзади колонны боевое охранение. При устройстве лагеря никто не филонил, а уж заснуть на посту вообще стало бы чрезвычайным происшествием.