Непослушная игрушка

-Сожалею, что мне пришлось убить этих воинов. Я ценю вашу преданность, и вы можете забрать их тела и похоронить с честью. Можете попытаться убить меня. Выбор за вами.

Снова несколько мгновений тишины, и на меня бросились сразу пятеро. По телам хозяев они бежать не решились, и, разделившись, напали с двух сторон. Я тут же сдвинулся к паре, приближавшейся слева, быстро разделался с ними, а затем и с троицей справа. Это оказалось нетрудно – ярости было много, а вот скорости и умения гораздо меньше.

Покончив с ними, снова опустил меч.

-Выбор за вами – снова повторил я.

На это раз кинулось двое и с прежним результатом.

Снова возникла заминка. До солдат, видимо, стало доходить, что дело совсем не в моей подлости или предательстве. Один из них с каким-то отчаянием крикнул.

-Это наши хозяева и мы не можем просто уйти!

-А я защищаю свою хозяйку! Лучше забирайте тела и уезжайте, а то и хоронить будет некому!

После короткого совещания оружие было убрано. Я тоже с облегчением опустил меч и неторопливо ушёл, стараясь не особо подставлять спину – броска ножа хватит и мне.

Вернувшись в кабинет Вероны, пожал плечами в ответ на вопросительные взгляды.

-Капитан, распорядитесь, чтобы этих людей обеспечили повозками – к сожалению, трупов стало больше…

Ругать меня не стали. Верона, видимо, уже давно махнула рукой на мои выкрутасы в слепой вере, что это пойдёт ей на пользу, а магистру и капитану по должности было не положено. Верона только мрачно спросила.

-Кто-нибудь может предположить, что теперь будет?

Ответом было молчание.

Что удивительно, но от нас сбежали не все. Пару часов спустя, когда мы немного успокоились, слуга доложил, что командиры трёх сторожевых постов просят принять их.

-Кто именно?

-Мардан с поста «Верхний», Контус с поста «Зелёный», Берхам с поста «Крайний».

Верона подошла к карте, висевшей на стене кабинета.

-Все трое с восточной границы. Судя по отметкам, численность отрядов от пятидесяти до ста человек – она ненадолго задумалась – Ладно, раз Гордан обещал, приму их.

Вошедших можно было принять за братьев. Крепкие мужчины с грубоватыми загорелыми лицами. У всех куртки из кожи, свободные штаны, крепкие сапоги.

Представившись, стали по очереди докладывать о состоянии дел на своих постах. И рассказы были как под копирку. Отдалённые гарнизоны, плохое снабжение и куча проблем. Оказалось, что последние месяца три-четыре про них как будто забыли. Денег ни на зарплату, ни на снабжение не давали.