Святоша. Путь защитника

Что у неё за отношения такие были, если были вообще?

— Да, — я кивнул, чтобы зафиксировать. — А вот разговор мне наш не нравится. Так что я пойду по... моюсь и лягу спать. Передам эксклюзивные права на обладание своим телом, столь востребованным высшим светом, кроватке, так сказать. Всего вам наилучшего, ваша светлость.

Откланявшись, как и положено этикету, я удалился. Хотелось гордо, но получилось устало и немного поспешно. Но гордость и нужда понятия не совместимые, пришлось выбирать. Интересно, можно эту громадину незаметно переместить в другое место? «Спаситель» пока не очень оправдывал своё название, место становилось слишком популярным.

Всё остальное выпало из моей головы, когда она приняла меня в свои прохладные и нежные объятия. Постель. Каждая уставшая мышца тела приятно заныла, стоило мне растянуться звездой. Я простонал в подушку и, кажется, даже всплакнул от удовольствия. Мужчины не плачут так же, как женщины не гадят. Но сейчас можно!

— Ох, спасибо, дорогая, ты - лучшая, — бормотал я нежности постельному белью, приятно пахнущим чем-то легким и цветочным.

Пришла Кара и привалилась ко мне горячим боком. Я пытался её спихнуть, но это было сделать не проще, чем сдвинуть всю баржу. Баржа хотя бы не пыталась меня цапнуть. Пока ещё.

Утро поздоровалось ярким лучом, попавшем четко мне в глаз через иллюминатор. Меткое светило получило порцию ругательств, чем разбудило окончательно. Княжны нигде не было, но я на всякий случай проверил все укромные места.

— Смотрю у тебя проблемы с женским полом, — язвительно сообщила рысь, наблюдая за моими метаниями.

— А кошки хорошо плавать умеют?

— Что?

— Что?

На этом наш диалог, к моей радости, был завершен. Возможно хранительница поняла намек, а может уснула опять. Вообще её способность столько дрыхнуть у меня вызывала жгучую зависть.

Я занялся завтраком и уже накрывал богатый стол на палубе, как объявился помощник великого князя. Приготовил я с голодухи много и пусть всё для себя любимого, но поделился с гостем, а то тот выглядел бледным и истощенным.

Мужчина был искренне благодарен, за что поделился со мной и своими личными соображениями.

— Его императорское высочество переживает за безопасность нашей гостьи, — он подставил лицо солнцу лучам и потягивал свежесваренный кофе. — Но у неё своя охрана, которой её высочество доверяет и не желает подпускать чужих.

— То есть это не просто сопровождение? — я кинул кусок ветчины рыси, которая смотрела на меня голодными глазами.