Книга пятничных рассказявок. Желтый том

А работать кто будет? Небось яйца каждый день трескают. То ли дело мы, работяги! За это нас и ценят больше остальных.

— А можно подробнее, где яйца? — кот с интересом посмотрел в их сторону и облизнулся. Но, увидев грозного петуха, сделал вид, что вылизывается.

— Кар! — насмешливо каркнула ворона с дерева. — Эх вы, дуралеи! Вот на меня посмотрите — свободная птица. Куда хочу, туда лечу. Когда хочу, тогда ем. И никакие люди мне не указ.

— Когда хочу это неплохо, — согласился кот. — Главное, чтобы было что поесть.

Уж он-то знал прелести свободной жизни. Хватит, напробовались. С тех пор как он осчастливил человека, жизнь стала и сытнее, и мягче.

— Кар, — снова каркнула ворона и спустилась к курам, нацеливаясь на зерно.

— Иди-ка ты отсюда! — прогнал ее петух. — Ишь, выискалась, любительница свободной жизни. Ищи свою еду сама. А на нашу не посягай, мы ее честно зарабатываем!

Ворона обиженно взмахнула крыльями и полетела в сторону поля.

— Подумаешь, домашние они все. Очеловеченные.

Она вздохнула, и подумала, что хорошо бы устроиться в домашние питомцы к какому-нибудь колдуну. Сидеть грозно на жёрдочке, каркать на посетителей и всё такое. Но как назло, ни одного порядочного колдуна в дачном поселке не водилось.

Собачья справедливость

— Вот эта?

Большая собака, с мордой вымазанной светящейся краской, указала на женщину с зонтиком.

— Она, — всхлипнула маленькая собачка.

— Сейчас разберемся.

Загнав барыню в реку, и отогнав немого мужика, собравшегося спасать её на лодке, собака довольно осклабилась, показав зубы.

— Всё, не будет больше обижать.

— Спасибо! — тявкнула маленькая собачка..

— Если что, звони, приеду. Так, что у нас дальше…

Собака Баскервилей достала блокнот.

— Му-му спасли. Далматинцев спасли. Профессора Преображенского за неэтичные операции укусили. Карабасу за пуделя вставили. Ага! Следующий в списке — Стивен Кинг.

К классику ужастиков у собаки Баскервилей были особенные претензии: создание отрицательного образа собаки в литературе.

День медицинского работника

Врачи и медсестры сгрудились вокруг большого стола.

— Резать, — категорично сказал хирург.

— Вам бы всё резать, — с укором покачал головой терапевт.

— А, может, руками, — попыталась сказать медсестра из массажного кабинета, — аккуратненько.

— Резать и точка, — перебил ее хирург.