Обидеть каждый норовит

— Здесь вам абсолютно точно ничего не угрожает.

Уроки прошли очень спокойно, хотя в туалет девочка заходила с осторожностью, все-таки поставив круговой щит, но в кабинку никто не ломился, позволив ей сделать свои дела без помех. Гарри в туалете проверил толщину стен пальцем, поняв, что бить надо будет мягко, а то придавит. Но бить никого не пришлось, ибо школьники были спокойны и корректны, как, собственно, и учителя. Отвечать Гермиона не рвалась, потому что Яга, обнаружив мозг, долго объясняла всю пагубность зазубривания наизусть.

А когда Гермиона не согласилась, заставила заучить два десятка чар и создала сильный зуд в том самом месте. Сосредоточиться и вспомнить зазубренное девочка не смогла — зуд сильно отвлекал. Вот это, в общем-то, и убедило, теперь Гермиона не зазубривала, а отрабатывала до автоматизма.

— Как-то здесь необычно, — задумчиво произнесла девочка, носимая на руках мальчиком. — И никто не реагирует на то, что ты меня на руках носишь…

— Я им отреагирую… — мрачно пообещал мальчик. — Ты мое чудо.

— Мне очень тепло с тобой, — призналась Гермиона. — Это называется «любовь»?

— Не знаю, — покачал головой Гарри. — Мне не важно, что это, важно, чтобы тебя никто не обидел.

Наблюдавший за детьми учитель понял, что все он правильно увидел — девочка особенно сильно пострадала в предыдущей школе, раз мальчик ее на руках носит. Видимо, сама передвигаться не может или может очень недолго, но инвалидной коляски боится.

— Да, ты прав, — кивнул школьный психолог, понаблюдав за этими двумя. — Сильно травмированные дети, надо с ними поосторожнее.

Ни Гарри, ни Гермиона о мыслях и словах педагогов не знали, постепенно расслабляясь. А учителя, да и дети, пытались сделать как можно комфортнее само обучение. К удивлению Гарри, никого бить не пришлось, а все колдовство Гермионы в школе свелось к очистке одежды от случайно пролитого сока, что было очень, по ее мнению, необычно.

— Как-то слишком спокойно стало, — заметил Добрыня, пьянствовавший теперь исключительно во время отпуска, потому что в Британии все объекты для культурного отдыха неожиданно закончились.

А вот во Франции, Испании, Италии… Для детей было море, а для богатыря — культурный отдых.

— Так сказка закончилась, — пожала плечами очень хорошо чувствовавшая такие вещи Яга. — Начинается жизнь…

— В смысле? — не понял Добрыня, почесав фамильную лохматость.

— Я на сносях, — проинформировала его самая сильная ведьма. — Так что готовься! Хе-хе.

К чему это «хе-хе» богатырь понял значительно позже.