Обидеть каждый норовит

— Спать уложить — это хорошая мысль, — кивнул мистер Грейнджер, а после женщины принялись укладывать ведущих себя, как очень маленькие, детей. Гермиона, что интересно, Гарри не смущалась, а тот смущаться просто не умел, поэтому детей выкупали, переодели и уложили спать в обнимку.

Взрослые за бутылочкой виски принялись обсуждать планы на ближайшие месяцы. Добрыня предложил еще разок сходить к гоблинам уже в новых телах, чтобы озаботиться недвижимостью. Кроме того, надо было Гермионе многое объяснить, чтобы какое-то подобие мозгов появилось, потому что с ее знаниями…

— Поживите пока у нас, — предложил мистер Грейнджер, за что Добрыня ему был очень благодарен.

— Это очень хорошая мысль, — вздохнула Яга. — Надо Гермиону научить думать, но и защитить, в основном, от себя.

— А сыну неплохо бы научиться работать палицей, — добавил Добрыня. — А то всех кулаком тюкать — до костей сотрет!

— Интересные у вас развлечения… — улыбнулась миссис Грейнджер.

— Кстати, о развлечениях… Мы вас ненадолго покинем, — очень по-доброму улыбнулась легендарная представительница славянского фольклора, затем, прихватив Добрыню, исчезла.

Мистер и миссис Грейнджер думали о том, как их жизнь изменилась с приходом в нее магии. Несмотря ни на что, Гермиону они любили, будучи готовыми полюбить и Гарри. Глядя на то, как мальчик ластился к маме, Эмма Грейнджер просто вздыхала — жизнь сироты и так не сахар, а тут, видимо, было совсем плохо.

***

Самый страшный день Петуньи Дурсль начался не со звонка в дверь и даже не с двух каких-то предвкушающих лиц, одно из которых было до боли знакомо, а с фразы, сказанной очень знакомым голосом:

— Ну, здравствуй, сестра, расскажи, как ты о моем сыне позаботилась?

— Туни, кто пришел? — появившийся толстяк говорил высоким голосом, заставив Поттеров переглянуться.

— Добрыня, фас! — скомандовала Яга, двинувшись навстречу Петунье. — Ну, сестренка, пойдем, побалакаем…

— Лили?! — миссис Дурсль была сильно удивлена, а мистер Дурсль даже удивиться не успел, потому что в него сначала врезался паровой молот, а потом по телу прошла колонна бронетехники — примерно такие ощущения были у… хм… мужчины, тестикулы которому вынужденно ампутировали, а теперь, видимо, хотели ампутировать все остальное травматическим способом, отчего он тоненько визжал.

— Лили, Лили, — покивала страшная ведьма. — Ну что, дорогая, готова?

— К че-че-чему? — прозаикалась Петунья.

— К расплате, — улыбнулась Яга, отчего у миссис Дурсль сильно заболело сзади.