Обидеть каждый норовит

Закончив с тем, чем занималась, Яга призадумалась. По всему выходило, что этот… огрызок… родителей тела Добрыниного не убивал, о чем косвенно свидетельствовал олень, а попал в ловушку своих… хм… слуг? История выглядела уже очень странной. То есть развлекаться она, конечно, не мешала, но идея, случайно залетевшая в голову ведьме, на ее взгляд была богатой.

— Пойдем-ка, прогуляемся, — предложила девочка, которой надо было подумать. — Профессор пусть полежит, ему все равно, где лежать.

— Давай к Хагриду зайдем, перекусим? — поинтересовался Добрыня.

— Ну, давай, только не наедайся, обед скоро, — разрешила Яга.

— Ура! — обрадовался мальчик, предвкушая трапезу. — А обед… обед не убежит. В крайнем случае с собой возьму.

Этим и объяснялся тот факт, что за обедом Добрыня съел всего безмен мяса, да и вообще был спокойным. А Яга обдумывала мысль, которая ей все больше нравилась, все-таки, дети…

Профессор Квиррелл, придя в себя и не обнаружив Господина, усвистал из замка в неизвестном направлении. А кусочек Волдеморта упокоился в кармане Яги, пока еще не придумавшей, что с ним делать.

***

У мадам Спраут тоже был хорошо развит инстинкт самосохранения, поэтому, оценив изменения, произошедшие в школе всего за два дня, и понимая, что из адекватных людей она осталась в гордом одиночестве, женщина призадумалась. Стоило объявить внеплановые каникулы, ибо становиться следующей Помоне совсем не хотелось.

Яга мирно почивала, уже вставший Добрыня играл с «собачкой», цербер со своей судьбой смирился, поэтому учил самые главные фразы в богатырской жизни: «это не я» и «оно само». Увидев разок, как богатырь изволит перекусывать, трехголовый понял, что он Добрыне не конкурент, а у Клыка случилась истерика, поэтому он убежал в лес — жаловаться оборотням на жизнь. По результатам жалоб, те тоже отмигрировали подальше, просто на всякий случай.

— Чем сегодня займемся? — поинтересовался богатырь, пребывая в отличном настроении.

— У нас двое неохваченных нашей заботой, — заметила Яга. — Так что сначала позавтракаем, а потом у нас урок полетов, что бы басурмане под этим ни понимали.

— А потом? — Добрыня понимал, что это еще не все.

— А потом я посмотрю на местную гадалку, — задумчиво проговорила яркая представительница мифологии. — И по итогам решим.