Саймон Тэйкер и первый год в Хогвартсе.

Саймон обратил внимание, что все студенты, сидящие за столами, немного подвинулись в сторону двери, так, чтобы первокурсник, которого распределят, мог быстро сесть за нужный стол.

Пока все стояли и молчали, Саймон посмотрел на потолок. И снова раскрыл рот от удивления. Потому что увидел над собой бархатный черный потолок, усыпанный звездами.

“Заколдован, наверное”, - подумал Саймон. Ведь, в самом деле, погода в Британии была, мягко говоря, нестабильная, и устраивать под открытым небом такое огромное пространство замка было бы неразумно.

В этот момент Саймон услышал какой-то звук и, опустив устремленный в потолок взгляд, увидел, что профессор МакГонагалл поставила перед шеренгой первокурсников самый обычный на вид табурет и положила на сиденье остроконечную шляпу. Шляпа была вся в заплатках, потертая и ужасно грязная. Пока Саймон недоумевал, почему волшебница, одетая в сияющие, с иголочки одежды вообще не постеснялась взять такую в руку, как шляпа шевельнулась.

Может быть, я некрасива на вид,

Но строго меня не судите.

Ведь шляпы умнее меня не найти,

Что вы там ни говорите.

Шапки, цилиндры и котелки

Красивей меня, спору нет.

Но будь они умнее меня,

Я бы съела себя на обед.

Все помыслы ваши я вижу насквозь,

Не скрыть от меня ничего.

Наденьте меня, и я вам сообщу,

С кем учиться вам суждено.

Быть может, вас ждет

Гриффиндор, славный тем,

Что учатся там храбрецы.

Сердца их отваги и силы полны,

К тому ж благородны они.

А может быть,

Пуффендуй ваша судьба,

Там, где никто не боится труда,

Где преданны все, и верны,

И терпенья с упорством полны.

А если с мозгами в порядке у вас,

Вас к знаниям тянет давно,

Есть юмор и силы гранит грызть наук,

То путь ваш - за стол Когтевран.

Быть может, что в Слизерине вам суждено

Найти своих лучших друзей.

Там хитрецы к своей цели идут,

Никаких не стесняясь путей.

Не бойтесь меня, надевайте смелей,

И вашу судьбу предскажу я верней,

Чем сделает это другой.

В надежные руки попали вы,

Пусть и безрука я, увы,

Но я горжусь собой.

Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырем столам. Рот ее исчез, она замолчала и замерла.