Как я учился в магической школе (Ученик поневоле)

Секретом для других инквизиторов это не было, а простому народу нечего голову забивать теми проблемами, которые им всё равно не решить.

Немного подумав, Амнис достал чистый лист бумаги, разгладил и, взяв магическое перо, вывел вверху: «Справка о беседе с графом Касом. По делу №…»

Пусть сама беседа была малосодержательной, но лишних бумаг не бывает. Если на почве мести графа хватит на необдуманные действия, эта справка ляжет лишним кирпичиком в обвинение. Предупредили? Предупредили. А дальше сам дурак.

Кстати, ещё одну справочку по Касу стоило передать и в ординариат, занимающийся контролем благонадёжности боевой магической элиты страны. Кое-какие гуляющие в этой среде настроения не мешало бы братьям-ординариям пресечь.

Он почти закончил документ, когда вновь появился всё тот же страж.

«Опять Кас?» — с лёгким удивлением подумал старший инквизитор.

В инквизиции посетители, что пришли добровольно, были делом редким. Тем удивительней было узнать, что таковым оказался не вернувшийся с очередными угрозами и оскорблениями наследник Эльфийской марки, а совершенно новое лицо.

— К вам посол Светлого королевства.

«Эльф?» — бровь Амниса удивлённо взметнулась, но он мгновенно выправился, как и велит кодекс, возвращая утраченное было спокойствие.

— По вопросу?

— Оскорбление эльфийской делегации и Светлого королевства в целом студентом академии магии империи Карн Ширяевым Павлом Алексеевичем.

Тут спокойствие инквизитора опять дало трещину, и он поморщился.

«Вот мало было этому Ширяеву, так теперь тут ещё и эльфы нарисовались».

Однако стражу Амнис сказал всего одно:

— Веди.

А затем инквизитор, закрыв глаза, принялся вспоминать дыхательные практики. Спокойствие и невозмутимость, похоже, ему ещё ой как понадобятся.

_________________________________________

* — чуть переделанное четверостишие Губермана И.М.

Интерлюдия 2

Но не только у инквизитора Амниса болела голова из-за Ширяева П.

— Кхым-кхым, — прочистил горло он, глядя сквозь очки на сидящих перед ним преподавателей. — Внеочередное заседание педагогического совета объявляю открытым. И на повестке дня у нас, — он заглянул в листок перед собой, — Ширяев Павел Алексеевич.

Гул шепотков пробежался по залу. Этого первокурсника знали почти все — кто-то лучше, кто-то хуже.