Доля отцовская

Ну, все… сейчас точно будут бить, и проклятье по закону подлости всё-таки перейдет к ней в кровь, проигнорировав правила. Почему-то было удивительно спокойно. Ну, не верил я, что моя же собственная дочь может меня на тот свет отправить.

Конечно, накричал на нее, но все равно любя, чтобы хоть как-то втемяшить в хорошенькую головку дочки мысли о том, что надо бороться со своим эгоизмом. Однако когда Юльтиниэль уже собиралась отпустить готовые заклятья (недооценил я власть темной магии над дочкой), произошло то, что заставило меня твердо поверить – Василий нам очень и очень пригодится в путешествии.

Иномирец шагнул к дочке и просто сжал ее запястья.

– Юля, перестань глупить. Покричали друг на друга, и хватит. Твой папа прав. – Голос у него был тихий, нравоучительный, словно у опытного учителя. И то ли его спокойствие подействовало на нее, то ли странное, почти оскорбительное сокращение ее имени – но заклятья просто испарились, впитавшись обратно в ауру дочки.

– Как вы меня назвали? – ворчливо поинтересовалась она, стараясь не смотреть в мою сторону.

– Юлей. Это сокращенно от Юлии – у нас в мире есть такое имя. Как раз мою дочку так зовут. А-то об Юльтиниэль язык сломать можно… – спокойно пояснил Василий, словно не понимал, что только что предотвратил глобальную катастрофу.

Но он не мог видеть вихри силы? В нем ни капли магии нет, а заклинания еще не были окончательно сформированы, чтобы стать видимыми всем. Действовал по наитию? Или он из тех реальностей, где магии нет как таковой, зато все люди носители непонятной возможности разрушать силовые потоки одним своим присутствием? Слышал я про такие миры, хотя так и не понял, как же можно жить без колдовства.

– Но ведь это… оскорбление? – Нет, положительно мне нравится, как Василий влияет на дочку – общаются меньше пяти минут, а у Юльтиниэль в голосе неуверенность и детская обида, как если бы маленькой девочке сказали, что добрых фей не существует.

– Нет, это просто сокращение имени. Например, для близких я Вася. В нашем мире это привычное дело. А если не перестанешь себя плохо вести и не слушаться папу, стану тебя Юлькой называть. И другие вариации придумывать. – Тон Василия остался все тем же нравоучительным и спокойным.