Доля отцовская

Макияж на лице ограничивался лишь прозрачным блеском на губах и чуть-чуть подведенными глазами, которые, казалось, приобрели оттенок черненого серебра. Девушка стала выглядеть куда старше. И пусть передвигалась она небольшими шагами и была немного испугана, у нее появилась гордая осанка, плавные и властные движения, присущие аристократке.

Переведя взгляд на полуэльфийку, Крис только губы поджал.

– Это дочь Оррена – Юльтиниэль Рит, – коротко представил он девушку и сразу же повернулся к невесте.

– Да… я слышала – печальная, но красивая история.

– Печальная? – переспросил император, пытаясь понять, что он упустил из виду касательно Юльтиниэль.

– Я помню Лареллин, хоть и маленькая тогда была. Светлая и добрая… настоящая лучезарная княжна. А какая любовь! Не верила, что смертный мужчина может так долго хранить верность умершей любимой. – Голос Нимиони погрустнел. Эльфийка опустила взгляд на свои руки. – Наверное, это счастье – знать, что, несмотря ни на что, тебя продолжают любить и ждать встречи, когда бы она не наступила.

Император поморщился. Романтиком он себя не считал, в любовь до гроба верил исключительно, как во что-то, если и существующее, но повернувшееся к нему филейной частью. К тому же, каждый раз слыша тоску в голосе невесты, испытывал острые уколы совести, что не мог предложить Нимиони ничего подобного.

– Крис! – Наконец-то герцог смог протолкаться к своему крестнику. – Добрый вечер, – кивнул он эльфийке.

– Что-то вроде того, – согласился парень. – Не поможешь их шугануть? Надоели до хель!

– М-м-м… думаю, что-нибудь можно сделать, но ты лучше с этим к Юле. Она мастер всех распугивать. – Мужчина пожал плечами, отобрал у одного из слуг поднос с бокалами, наполненными красным вином и устроился прямо на ступеньках.

Кристиан оторвался от разглядывания изумрудной портьеры за спиной светлоэльфийской принцессы и рассеянно посмотрел на Юлю.

Надо сказать, что девушка сегодня превзошла саму себя. Вместо того чтобы потрясти всех шикарным эксклюзивным платьем, сложной прической и бесценными украшениями, она оделась настолько просто, насколько позволяли правила бала в императорском дворце. Фиолетовое платье, схваченное под грудью широкой лентой, стекало складками к ступням, почти не обрисовывая фигуру. На ногах обычные туфли-лодочки без каблуков. Никакой вышивки, узоров, вызывающих вырезов или бантов.