Недеццкие сказки для перешкольного возраста

– Ах, Фея, – восхищенно прокричал он, помахав рукой в знак приветствия, – я сейчас спущусь! Подожди, пожалуйста.

Вскоре парень выбежал во двор, неся в руках поднос с чашками и кофейником. Поставил его прямо на землю и принялся разливать напиток в чашки.

– Извините, в замок не приглашаю, – сообщил он, подавая порцию кофе волшебнице, – там бардак.

– Ага, – кивнула фея, принимая напиток из рук Виктора, – знаю я твой бардак. Гниющие руки-ноги по всем углам.

– Ну, не без этого, – смущенно согласился Виктор, протягивая вторую чашку Русалочке и представляясь: – Меня зовут Виктор Франкенштейн.

– Русалочка, – представилась та в ответ.

– Дочка царя морского, – добавила фея.

– Но ведь русалки не ходят. У них вместо нижних конечностей хвост! – удивился Франкенштейн и потянулся рукой к платью девушки, однако замер в нерешительности. – Вы позволите?

Та скромно кивнув, взялась за платье и сама приподняла его до колен.

– А-хре-неть! – восхищенно выдавил из себя ученый.

– Витя, я тебе сколько раз говорила, что будущее за киборгами? – устало спросила волшебница. – Вот тебе живой пример.

– Но как механика уживается с живой плотью? – вопросительно посмотрел на фею ученый.

– Ловкость рук и эквилибристика заклинаний, – развела руками фея. – Не твой вариант, короче.

Ученый сел на корточки и грустно вздохнул.

– Да ладно, не грузись так. Подскажу тебе как быть.

– Правда? – Виктор оживился. – Я ж для тебя что хочешь…

– Скажи, – перебила его фея.

Виктор на мгновение задумался, вспоминая. Затем кивнул.

– Был один. Спрашивал, могу ли я человеку нижнюю часть поменять.

– Это мой! – радостно вскрикнула Русалочка, взмахнув чашкой. – Он хочет сделать ноги!

Кофе попал на обнаженную ногу, та будто при судорогах, задергалась, затем стала искриться и одежда на русалочке воспламенилась.

Виктор оказался сообразительным и проворным малым: скинув кофейник с подноса, зачерпнул им, сколько смог, песка и высыпал на вспыхнувшее платье.

– И чего ты этому принцу сказал? – спросила волшебница, осматривая Русалочку.

– А чего я? – ученый пожал плечами. – Объяснил, что с мертвой тканью только работаю, а живые мне неинтересны.