Недеццкие сказки для перешкольного возраста

Подождал немного, напряжённо вглядываясь в строгие и по-своему красивые черты лица, наклонился и прижался губами к устам девушки сильнее, раздвигая языком ее губы.

– Ай! – отскочил от гроба. Высунул язык вперед и скосил глаза, пытаясь разглядеть его кончик. Ощущения были такими же, как будто коснулся языком дверной ручки в морозную погоду.

Елисей дотронулся до языка пальцем – кровь. Чего ей в рот-то напихали, пока она спала? Парень сплюнул, избавляясь от кроваво-медного привкуса во рту, и вновь подошел к хрустальному гробу.

Клыки были неестественно длинными.

* * *

– Так, погоди, – фея наклонилась над гробом, – это ж Белоснежка!

– Кто такая Белоснежка? – не понял Елисей.

– Дурдом без колесиков, – выругалась фея. – Ну вот как тебе объяснить?

– Это другая принцесса? Не моя?

– А то ты не видел...

– Видел.

– А зачем тогда на чужую принцессу полез?

Королевич не нашелся, что ответить, и развел руками.

– Холодная, но не разлагается. В серебряном зеркале не отражается, – пробормотала фея. – Ставлю на то, что если приложить ей ко лбу крест, останется ожог. Поздравляю, Елисейка, твоя царевна – вампир.

– Это не моя царевна! – возразил королевич.

– А... Да. Точно. Поздравляю, Елисей. Мало того, что вампир, дык еще и не твоя.

– А что же делать?

– Нежить – только развоплощать.

– Как?

– Классически. Колом осиновым в сердце.

– Но она же красивая! – недоуменно возмутился царевич.

– Кто тебе такое сказал?

Царевич открыл было рот, готовясь возражать и дальше, но не нашелся с ответом.

– В-о-о-о-от! – протянула фея. – А знаешь, почему так?

Царевич помотал головой.

– Потому что ты об еёную хлеборезку поцарапался.

Фея оглядела пещеру, потолок которой был усеян летучими мышами, посмотрела на растерянного королевича. Тяжело вздохнула и спросила:

– Вот какого лешего ты к ней целоваться-то полез?

Царевич пожал плечами.

– У тебя в роду некрофилов не было?

Царевич начал было отрицательно мотать головой, но засомневался и пожал плечами.

– Наверное, были, – предположила фея.

– Почему?

– Потому что это объясняет твое стремление язык покойницам в рот засовывать.