Мурр. Книга 2

И вот, этот богатей приехал к своей соседке, знатной даме, у которой было две дочери-красавицы, с предложением выдать за него одну из своих дочерей. Всё равно, какую. Девушки, понятное дело, ни в какую не хотели выходить за такого урода. Тогда он пригласил всю семью к себе в гости, вместе с их друзьями, и они целую неделю весело пировали и развлекались. К исходу недели младшей из дочерей стало казаться, что мужик-то не так уж отвратителен, и борода у него не такая уж синяя … Сыграли свадьбу. И всё было замечательно. Девушка наслаждалась роскошной жизнью.

- Бочка варенья, ящик печенья … – пробормотала я.

- Роскошной жизнью! – повторил Кащей, – Но тут Синяя Борода сказал, что ему нужно уехать. Надолго. На несколько недель. И дал ей заветный ключик от всех сундуков, от всех дверей, от всех подвалов и чердаков, от всех шкафчиков и комодов. Бывают такие волшебные ключики. И сказал, что даёт ей полную свободу действий, только запрещает входить в одну маленькую коморку под лестницей. И уехал.

- Провокатор! – вынесла я заключение.

Кащей покосился на меня с интересом.

- Девушка опять позвала гостей. Тех же самых, с которыми недавно проводила весёлый досуг. И гости опять пировали и развлекались, проводя время в довольствии и праздности. А девушка не могла развеселиться. Её буквально жгла изнутри мысль: «А что же в той, тайной комнате?!!». И она решилась. Она бросила гостей, что было очень невежливо, и побежала сломя голову по лестнице. Чуть было и в самом деле шею не сломила. Добежала до заветной каморки.

- Капкан? – полюбопытствовала я.

- Нет. Но пол в каморке был залит кровью, а на стене были привинчены восемь крюков. На семи из них висели мёртвые женщины – бывшие жёны Синей Бороды, а восьмой крюк оставался свободным.

От страха девушка выронила ключик. И он испачкался в крови. Как его потом девушка не пыталась отмыть, ничего не получалось. Даже песком не удалось очистить кровь с ключика. И в тот же вечер вернулся Синяя Борода …

- И что стало с той девушкой? – затаила я дыхание.

- Дальше сказка, – буркнул Кащей, – По настоящему, ей было плохо. Но недолго. Так сказать, быстро отмучилась. А в сказке спаслась. Но сказочник, Шарль Перро, заключает сказку весьма любопытными стихами:

Да, любопытство – зло!

Смущает всех оно.

На горе смертным рождено!

- Я вижу, как ты активно пытаешься избежать этого зла! – ткнула я через плечо пальцем в папочки с документами.

- А я Кащей! – хохотнул мерзавец, – Я сам – зло. И я бессмертный. Мне можно.