Леди не летают

В какой-то момент лорд Грайси отозвал Клариссу в сторону:

— С моей стороны было неосмотрительно пересказать вам содержание личной беседы с лордом Магарычем, не убедившись, что он мертв.

— Не беспокойтесь, я не буду ему рассказывать, — устало улыбнулась дознавательница. — Хотите, могу поклясться.

— Моими штанами? — уточнил сухопарый преподаватель манер.

— Не понимаю, о чем вы, — заявила Кларисса. — Вообще, я планировала поклясться Багровым демоном и позвать в свидетели его пятнадцать приспешников. Но если вы настаиваете, могу и штанами.

Лорд Грайси издевательски поклонился и сказал, что не надо. Простым обещанием он вполне удовлетворится.

Дознавательница кивнула. В принципе, она понимала, что с ним происходит. Преподаватель манер тоже чуть-чуть отходил, и можно быть заметить, что от нервного Грайси, Грайси, шатающегося по комнатам леди, Грайси, переживавшего за Магарыча как за родного, остается все меньше и меньше.

Лорд на глазах возвращается в прежнее зловредное состояние.

Часть 2. Глава 18

Встреча Клариссы с отцом проходила в родовом замке ее матери, леди Мелиссы Шар-Трени.

Поздним вечером Крылатый Король вырвался от «этой коварной феи», расположился в уютном кресле и выслушал рабочую версию Клариссы про то, что Жанну Одейро-оро опоили, чтобы склонить к интимной связи, а потом решили избавиться, сбросив ее в каньон.

— Нет, Кларисса, я думаю, это что-то другое, — сказал он, щурясь на лампу, и длинные тени от ресниц легли ему на щеки. — Полтора трупа ради одной ночи? Глупо. Бесполезно. Неконструктивно.

В человеческом облике Крылатый Король был высок, строен, кудряв и в целом божественно красив. Леди разных мастей падали вокруг него пачками, так что проникнуться проблемой изнасилования ему было сложно.

— А если это любовь всей жизни? — азартно спросила Кларисса.

В «любовь всей жизни» Крылатый Король тоже не верил. Благо, жизнь у него была длинная, и любви требовалось много.

— Поищи что-нибудь пооригинальней, — предложил он. — Я не могу представить себе лорденыша, который изнасилует любовь всей своей жизни, а потом сбросит ее с высоты. В таких случаях принято сначала отравить леди, а потом отравиться самому, причем обязательно с пояснительным письмом, чтобы о страданиях романтичного придурка узнали все вокруг.