С профессором шутки плохи

– К тебе гости.

- Если это опять кто-то из соседей, пусть катятся в бездну, - пожелал я.

- Нет, это не соседи. Придешь в гостиную?

- Вот еще! Пусть сами сюда идут.

Я уселся на скамейку в беседке. С одной стороны, было жутко любопытно, кого принесла нелегкая. С другой – видеть никого не хотелось, поэтому мысленно представлял, как спровадить нежданных визитеров.

На аллее появилась фигура, с ног до головы закутанная в темный плащ. Даже так?

Мой гость остановился, осмотрелся и отыскал меня взглядом, и только затем снял капюшон.

- Эр Дагеор, - первым поздоровался гость.

- Ваше светлейшество, - ответил кивком Верховному Жрецу Арантии. – Чем обязан? Хотите обвинить меня в краже сокровищ из королевской казны? Или в чьей-нибудь нежданной беременности? Говорю сразу – я не причем.

- Рад, что вам не изменило чувство юмора, - улыбнулся Мартис. – Можно присесть?

- Как вам будет угодно, - указал на скамью.

Мартис посмотрел на меня задумчиво, занял предложенное место, а я всё ждал, когда он перейдет к делу.

- Как ваши дела, господин Дагеор? – поинтересовался он.

- Прекрасно, как видите, - так я тебе и ответил, старый лис. – Наслаждаюсь отдыхом. Цветы выращиваю. Очень интересное занятие. Вот вы знаете, чем уход за розами отличается от ухода за георгинами?

- Увы, эти знания бесполезны для Верховного Жреца, - Мартис все так же улыбался.

- А зря! Потому что нельзя посадить цветок, дождаться, пока он завянет, а потом приходить с лейкой.

- Не у меня, - покачал головой Мартис.

- У крона?

- Нет. У меня.

Я обернулся. И как только мог не заметить? Теряю хватку! Сам ведь учил использовать иллюзию. Возле беседки замер Ленор. Он заметно вытянулся, повзрослел. Посерьезнел. И словно не знал, что ему делать и как себя вести.

- Ну здравствуй, - поднялся ему навстречу.

- Здравствуйте, - Ленор старательно отводил взгляд.

- Хорошо, - жрец поднялся и вышел из беседки. – Пойду, изучу клумбы, которые так расписывал эр Дагеор. С вашего позволения.

Он зашагал по дорожке, склоняясь к цветам, рассматривая их. Ленор подождал, пока он уйдет достаточно далеко, и снова обернулся ко мне. Он выглядел усталым. Наверное, не только для меня это были жуткие четыре месяца.