Книга седьмая. Справедливая гордыня

В общем, это был сущий кошмар! Совсем не удивительно, что сейчас, стоя грязными, вспотевшими, облепленными паутиной, слизью и гуано летучих мышей, мы смотрели на одинокую свинку, забавно поводящую пятачком, как обычно в прошлом люди смотрели на меня, приходящего спустя двое суток после того, как они остались без электричества. А куда без него? Правильно, никуда. Как и без кислорода. Только вот кто ценит кислород и электриков? Никто, пока мы с ним внезапно не оказываемся нужны, потому как когда оказываемся – то сразу позарез!

Свинья гармонично вписалась в этот список третьей.

Взвыв стаей жаждущей свинской крови волков, мы ринулись на поросенка. Тот, крайне мило и звучно хрюкнув, поднял повыше удерживаемую им швабру и тоже пошёл в атаку… чтобы через пару секунд оказаться буквально распыленным от удара огромной железной дубины Рюуки. Полежав буквально секунду, маленький убитый монстрик растворился в воздухе.

– Первая пошла! – злобно прохрипел я, вращая налитыми кровью глазами в поисках волшебных свинок, что должны были вывести нас из этой жопы бытия.

– Я вижу еще!! – в голосе Лилит звучал ад, кровь, железо и шепот смерти.

Их было еще. Сначала двое, потом трое, затем из-за угла выкатился целый десяток воинственно пищащих хрюшек… Все они жили считанные секунды. Ну да, от 1-годо 5-го уровня, чего еще можно ожидать? А что ожидать от озверевших и перенервничавших нас?

Это было как в той сказке, где дети из леса выбирались по следу из хлебных крошек, только у нас крошки бежали с воинственным хрюканьем навстречу, а мы со зверскими рожами и обнаженным оружием делали тоже самое.

Это был не бой, не резня, а прорыв стада злых как черти женщин во главе с не слишком-то и адекватным мной из глубин подземного лабиринта! Мы бежали по попискивающим, хрюкающим и совершенно беспомощным крошками, маша оружием и вопя нечто удалое.

Во всяком случае, так радостно, легко и беззаботно было первые два часа. Мы взбирались всё выше и выше, свинки уже шли неостановимым потоком, разлетающимся в разные стороны от наших легчайших взмахов, жизнь била ключом, а легкость происходящего заставляла верить в светлое будущее.