Препод

Отец говорил, негативные эмоции самые яркие. Вот и представьте, что если раньше он просто нас не любил, то теперь искренне ненавидит.

— Ой, я боюсь, — запричитала девушка.

— Поздно бояться, — мрачно ответили ей.

— Погодите, но он же ни одного плохого слова не сказал, ни разу никого не обругал даже, — неуверенно произнесла Альтина, смотря на одногруппников.

— Вот это и пугает больше всего, — мрачно ответил ей Бари, — уж лучше бы отругал, чем так.

— О, а как он тебе сказал, чтобы ты ему напомнил к тебе не приближаться.

Все дружно посмотрели на угрюмо нахохлившегося Ботлера.

— Ага, — вклинился в разговор Маршуш, — я тоже, как почувствовал его ледяную руку на себе и этот голос, такой спокойный, услышал, чуть штаны не обмочил. Как седой не стал, не понимаю. Меня буквально парализовало. Я отца, когда он за мной с топором пьяный гонялся в детстве, меньше боялся.

— Ох, не повезло тебе, — произнёс сочувственно Авсан, положив ему ладонь на плечо, — прямо с порога так влететь.

— Что ты меня пугаешь?! — фальцетом вскрикнул то, сбрасывая ладонь с плеча, — думаешь я этого не боюсь?! Ещё как боюсь!

— Бедный, — погладила его по руке одна из студенток.

Сочувственный взгляды скрестились на Маршуше и тот, не выдержав, заплакал, закрыв лицо ладонями и сгорбившись.

— Может ректору пожалуемся? — с надеждой произнёс кто-то.

— И что ты ей скажешь? Что он нам просто вопросы задавал, улыбался и ласково разговаривал?

Все вновь замолчали, мрачно обдумывая перспективы.

— И что, вот так терпеть издевательства?! — взорвался Ботлер.

— А ты знаешь способ их прекратить?

Способа никто не знал, поэтому, постояв ещё немного, все принялись уныло идти к выходу в город.

***

Дождавшись, как все уйдут, я для проформы подождал ещё с полчаса, а затем деятельно принялся за работу. Сдвинув все парты к стенам, освободил пространство по центру и, глубоко вдохнув, с силой провёл ладонями по лицу.

— Ну, пора учиться колдовать.

Как оказалось, несмотря на доставшуюся память, сотворять заклинания также как Вольдемар, у меня, почему-то не получалось. И первые мои попытки на этом поприще привели к самому настоящему фиаско. Благо, рядом не оказалось свидетелей, но дальнейшие эксперименты пришлось отложить до более подходящего времени и места.

И опустевшая академия подходила для этого как нельзя лучше.