Шолох. Тень разрастается

Он замолчал и нахмурился, явно предчувствуя, что я не скажу ничего хорошего.

– Мне всё это не подходит, – я устало помассировала виски.

– Что ты имеешь в виду? – буркнул Мелисандр.

– Весело, конечно, скакать на лошадях и улепётывать от стражи, но… Мы действительно чуть не погибли в плену у пиратов. А до этого обманули госпожу Сторику. А потом, прах побери, бросили Ол`эна Шлэйлу, который согласился нам помочь, хотя считал это неправильным!.. Вдруг его растоптали эх‑ушкье? А что если его накажут за помощь пленникам? Мы втянули его в наше спасение, а потом оставили неизвестно где.

Лицо Мелисандра потемнело.

– Да никто не накажет Шлэйлу, – раздосадовано и, кажется, чуть пристыженно проворчал он. – Ты вообще их видела, этих рамбловцев? Им явно не до того. Ещё припомни мне охранников из Арсенала!..

– И припомню!

– И зря! Я готов поспорить, что произошедшее подарило им столько адреналина и столько интересных баек, что они будут с удовольствием смаковать события той ночи ещё пару месяцев как минимум.

– Кес! – воскликнула я. – Неужели ты не понимаешь, что не для всех спокойствие равносильно скуке?!

– Но тебе‑то, Тинави, тебе по душе приключения! – Мелисандр отчаянно всплеснул руками. – Я же вижу: каждый раз после каких‑либо авантюр у тебя до одури счастливая физиономия. Так что сдирай уже свою пеплову маску. На самом деле тебе ужасно нравится лёгкая степень хаоса и безумия, но ты боишься признаться в этом, потому что любовь к риску расходится с общепринятой моралью!

– Не путай меня и себя!

– Я‑то как раз не стыжусь своих интересов!

– А стоило бы! – рявкнула я.

Мелисандр замер, подавившись новой репликой. Лицо его совсем помрачнело. Он встал, резко отошёл к самой кромке моря и, приставив ладонь ко лбу, начал молча изучать горизонт.

Прах… Кажется, я переборщила. И, совершенно случайно, ударила его по больному.

Мне стало грустно. Какое‑то время я сидела на песке, потом тоже встала. Сделала шаг к Кесу. И ещё один. Так, бывает, мой филин Марах приближается ко мне – бочком, очень аккуратно – если до этого умудрился кровожадно убить ни в чём не повинную мышку или как‑нибудь ещё провиниться.

– Возможно, ты отчасти права, – глухо сказал Кес, увидев, как пристыженно я приблизилась к нему. – Однако поиск амулетов я не оставлю, даже не надейся.