Шолох. Тень разрастается

«Тогда он вместо тебя останется на роли ночного рассказчика».

– Ну уж нет! – запротестовала я. – Мы уйдём вместе. Не оставлю я Мела в вашем сбрендившем городе!

«Но это справедливо. Он преступник, он должен расплати…» – Я не дала Шлэйле дописать, сердито выхватив перо из его рук.

Потом заглянула ему в глаза своим Убеждающим и Подкупающим Взглядом.

– Ол`эн! Раз ты боишься, что мир падёт, разве не стоит пустить к семье и Мелисандра тоже? Будь милосерден. Ведь Рамбла милосердна. Пожалуйста, помоги и ему тоже.

Поможешь?

Шлэйла заволновался, испуганно замотал головой.

Его руки были удивительно тёплыми для холоднокровного существа. А глаза – такими грустными, что мне вдруг захотелось плакать. Я заметила, что несколько крупных чешуек на правом веке Ол`эна смялись, сам глаз потускнел. Рыбий аналог бельма? Не удержавшись, я мысленно позвала на помощь унни и коснулась века. Как ни странно, на этот раз теневые блики с готовностью затанцевали, и целительная сила потекла сквозь меня.

Шлэйла ахнул. Пощупал свежую чешую, изумлённо моргнул почерневшим глазом и вдруг поклонился. Так как перо всё ещё было у меня, он не смог ничего написать.

Зато крохотные рыбки, столбом вьющиеся подле него, вдруг засуетились, перестроились и сложились в одно слово: «Помогу».

* * *

Ол`эн, его свита и я долго блуждали по тихим тропам придонного квартала Рамблы.

Меня завораживал этот мир. Плавно, всё вокруг было так плавно…

Улицы пустовали. Только проплывающие мимо стайки медуз волшебно мерцали и переливались, вызывая опасное желание дотронуться до них.

По бокам от дороги колыхались заросли актиний, а над головой у нас волшебно рассеивались слабые столбы света, тщетно пытающиеся пробить толщу воды.

Никто, кроме спящих скатов, не охранял клетку с Мелисандром. Увидев меня, Кес хотел было издать радостный вопль, но мой указательный палец возле губ стал ему предостережением.

Клетку с пленником поместили во внутреннем дворике подводного театра.

Ростры затонувших кораблей стояли здесь на постаментах, как скульптуры, и их гордые лица, казалось, искажены ужасом, а не былым триумфом первооткрывателей. Мелкий песок пестрел ракушками, а скамьи для гуляющих затянула тина.

Мелисандр не скучал: прямо перед его клеткой высились информационные стенды с вариантами туристических маршрутов по Рамбле, которые он с удовольствием изучал.

Однако сейчас Рамбла пустовала и казалась до крайности недружелюбной.