Верные враги

Вообще‑то нам и в самом деле по дороге, я всё равно собиралась перебраться в Белорию, а обходить Ясневый Град удобнее всего с севера, как раз мимо Белой.

– И потом ты от меня отцепишься?

– Слово мага. До следующей встречи, разумеется, – тут же поправился Верес.

– Кто бы сомневался, – ощерилась я, неохотно вылезая из нагретого седла. Придержала Дымка под уздцы, выжидательно глядя на колдуна. Смутившийся мужчина начал было отнекиваться, но я только презрительно скривилась.

В итоге Вереса подсадили на коня, Рест сбегал за сумкой и взял Дымка под уздцы. Я пошла впереди, намечая дорогу.

Человеческих троп я не знала, но, безошибочно определив управление, уверенно углубилась в лес. Болото подмерзло, оврагов здесь почти нет, а непролазные чащобы уж как‑нибудь по памяти обойду.

Специально я не прислушивалась, но и уши затыкать не стала.

– Козе перебили хребет, Рест. Не думаю, что я смог бы ей помочь… даже в лучшие времена.

– Но она даже не дала попытаться! И ухмылялась перед этим, я видел!

«Жалельщики, мать вашу, – злобно подумала я, – в мясных рядах небось венков не возлагаете, трескаете жаркое за обе щеки и спасибо говорите». Уйти, убежать вперед, чтобы не слышать, не видеть, поскорее выбросить из головы всё, что связывало меня с логовом… а они пусть уж как‑нибудь сами.

Но не ушла. Потому что колдун резко ответил:

– Иногда лучшим подарком другу является смерть.

И Рест замолчал. Оставшись при своем мнении, конечно.

Мы успели пройти около версты, когда скрип снега за спиной резко оборвался. Верес, натянув поводья и полуобернувшись, не то присматривался, не то прислушивался.

– Что? – Я вернулась, мимоходом потрепав Дымка по унылой морде.

– Они уже обшаривают избушку. – Колдун сморгнул, протер глаза, словно вышел из темноты на свет. Слез с коня и задумчиво поглядел вверх. – Как ты считаешь, противник не обидится на нас за повторение его фокуса?

Я задрала голову, да так и осталась стоять с изумленно приоткрытым ртом.

В небе ткались облака. Сначала – паутинные, полупрозрачные клочья, сотнями отводков расползающиеся во все стороны, как стрелки льда по стеклу.