Слепая радуга

– Ага, не нравится! – в запале крикнул Мах и снова замахнулся мечом.

Спрут торопливо поджал к голове все восемь конечностей, плавно опустился на дно и затих.

– Ура! Победа! – возликовал Мах. – Тоже мне гроза Подводья: один удар – и вон как его перекорежило! – не без гордости добавил рыцарь, убирая меч в ножны.

– Погоди радоваться, – осадил призрак. – Чует мое сердце, что это еще не конец!

– Да полно, Пузырь, – беспечно отмахнулся рыцарь. – Ведь ясно же, что этот Черный Спрут осознал, что я ему не по зубам.

Да ты только взгляни на него.

Вдруг грязно-бурый воздух вокруг чудища стал быстро-быстро темнеть. Не прошло и полминуты, а вокруг Спрута уже висело абсолютно непроглядное черное облако.

– Пузырь, а это еще что за ерунда? – занервничал Мах. От былой самоуверенности рыцаря и следа не осталось.

– Я же тебя предупреждал, что еще ничего не кончилось, – озадаченно пробормотал старик. – Ох, не нравится мне все это! Пойдем-ка отсюда подобру-поздорову.

И, будто услыхав слова призрака, черное облако оторвалось от песка и стало быстро-быстро подниматься вверх, при этом стремительно сокращаясь в размерах.

Если на песке облако составляло в поперечнике примерно с десяток аршин, то, достигнув саженной высоты, оно сократилось на половину. А еще через два аршина зловещее черное облако полностью растворилось в окружающем полумраке.

– И где Спрут? – первым очнулся от увиденного и забил тревогу Мах.

Дед Пузырь торопливо оглянулся и тут же завопил:

– Мах, берегись! Сзади!

Тут-то Мах и сплоховал.

Вместо того, чтобы найти взглядом призрака и переместиться на безопасное расстояние, он обернулся лицом к опасности и с ужасом увидел надвигающиеся смертоносные щупальца. До самого ближнего было не боле локтя, присоски на нем уже расширились, приготовившись ухватить жертву.

Мах очень пожалел, что минуту назад поторопился убрать меч в ножны – достать его сейчас он уже не успевал. Все, что оставалось бедолаге-рыцарю, это пустить в ход свои кулаки.

Он ударил одновременно обоими руками по ближнему щупальцу. Кулаки с сочным чавканьем врезались в присоски – и тут же в них намертво увязли. Под мощным молодецким ударом щупальце прогнулось и инстинктивно отмахнулось от обидчика. И – о чудо! Мах вдруг взмыл в воздух и отлетел от Спрута на добрую пару саженей.

Упав на песок, рыцарь тут же вскочил обратно на ноги и перво-наперво обнажил меч.

– Мах, я здесь! – раздался из-за спины отчаянный крик деда Пузыря.