Слепая радуга

– Ты вовсе не обязан выбирать именно ее! Мне, например, ты тоже сразу приглянулся. Кстати, меня зовут Своха. А это вот… – девушка показала на «коричневую», – Твоха. Впрочем, какая разница как ее зовут, ведь не секрет, что я гораздо симпатичнее сестричек. Поэтому…

Что «поэтому» узнать Маху не удалось, потому что в следующую секунду Твоха накрыла ладонью чересчур разговорчивой рот Свохи и выпалила:

– Мах, ты и эту придурочную не слушай. Лучше полюби меня – точно не пожалеешь… Ах ты стерва!

Последняя фраза «коричневой», разумеется, к рыцарю никакого отношения не имела, а была адресована Квохе, которая незаметно подкралась к сестре и вцепилась той в волосы.

Глава 17

Глава 17

– Вот это я понимаю веселуха! – ликовал над ухом Маха дед Пузырь. – Только мой рыцарь может довести с виду вполне пристойных девиц до такого остервенения! Ты только посмотри как они друг дружку мутузят! Махуня, я начинаю чувствовать себя здесь, как дома!

– Пузырь, прекрати молоть чушь! – шепотом одернул призрака Мах и в полный голос обратился к девушкам: – Эй, мавки, так дело не пойдет.

– И что с того? – пожала плечами Квоха. – Подумаешь невеста, мало ли кому тебя обещали. Нам с сестрами папаша вон тоже вроде бы женишков подыскал. Но кто знает какие там у отца на примете водёнки. Ему ведь в первую очередь важна родовитость. А, в итоге, муженек либо уродом кособоким окажется, либо, того хлеще, немощным старцем!

– Квоха дело говорит, – поддержала сестру Своха.

– Раз уж родители не уследили, и мы встретились, нужно извлечь из этого для себя выгоду, – вставила свое слово Твоха. – Закон на нашей стороне! Выбирай, Мах, из нас троих – какая больше приглянулась?

– Нет, мавки, я так не могу, – уперся рыцарь. – Я водёнок честный и не могу менять невест, как нательные сорочки.

– Ну ты кретин! – выразила общее возмущение сестер Своха.

– А вы бесстыжие, самовлюбленные мавки, – обиделся Мах. – И вообще, плохие вы, пойду я от вас. У меня дел невпроворот, а времени в обрез.

– Ах так, – перебила рыцаря Квоха, – значит пришел, соблазнил, наобещал золотые горы, обесчестил, а теперь, видите ли, времени у него в обрез! Я этого так не оставлю!

– Чего ты несешь, кого это я соблазнил и обесчестил? Как тебе не ай-яй-яй! – попытался усовестить наглую девицу Мах.