Слепая радуга

– Или ты раздумала?

– Еще чего! – фыркнула Лула.

– Ну так приступай! – тоном приказа подвел итог Мах и сам показал пример.

– Это твоя первая здравая мысль за сегодняшнее утро! – сказала Лула, безжалостно вонзая нож в румяную спинку сладкого пирога. – Я уже всерьез начала опасаться, что сойду с ума от дразнящих ароматов всех этих блинчиков, оладушек, пирожков, пышек, – прибавила она уже с набитым ртом, – только бы не обидеть своего будущего тестя. А на кой ему, скажи, сумасшедшая невестка?

На сей раз Мах удостоил свою невесту всего лишь согласным кивком, потому как все его внимание было сосредоточенно на истекающих маслом и медом блинах, и рот его был забит гораздо плотнее, чем у Лулы.

Некоторое время в столовой стояла тишина, нарушаемая только стуками ножей, вилок и негромким чавканьем.

– Эй, Мах! Смотри-ка, что это с нашими слугами творится? – вдруг воскликнула Лула. – Куда это они все уставились?… Ух ты, Мах, какая крас…

Голос невесты подозрительно оборвался.

Лула сидела с открытым ртом, в котором лежал только что откушенный кусочек пирога; взгляд ее был устремлен куда-то ему за спину.

В огромном окне столовой за спиной Маха, переливаясь оттенками всевозможных цветов, сияла великолепная радуга. И яркие краски этой радуги отражались в застывших глазах девушки…

* * *

Мах сразу понял, что в столовой творится что-то неладное.

Лула замерла в неестественной, нелепой позе: чуть наклонившись над столом, чтобы крошки от пирога падали на тарелку, а не на ее платье; в правой руке у нее был удаляемый ото рта кусок пирога, в левой – приближаемая к губам салфетка, а на лице застыла так неуместная в данном положении мечтательная улыбка. Точно с такими же мечтательными улыбками за спинкой стула кураски замерли двое слуг.

Маху стало не по себе. Он с трудом проглотил ставший вдруг каким-то безвкусным блин.

– Лула, что с тобой? Куда вы все таращитесь? – спросил рыцарь. И вздрогнул от звука собственного голоса, прозвучащего в звенящей тишине столовой раскатом грома. – Эй, бросьте шутить – не смешно!

Кураска никак не отреагировала на его слова, продолжая исподлобья отрешенно смотреть ему за плечо.