Слепая радуга

Нетерпеливо пощелкивали челюстями и клешнями затаившиеся в ожидании добычи в норах налимы и раки…

Укрывшись за нагромождением оставшихся после разрушения запруды камней, Мах притаился на выходе из канала и минут пять привыкал к неожиданному гомону непривычно летающих рыб. Более-менее пообвыкшись, рыцарь выпорхнул из укрытия, в свою очередь, ошарашив неожиданным явлением чешуйчатых пташек.

В рыбьем стане замешательство длилось считанные секунды.

* * *

Подобно птице Мах легко и непринужденно парил в двух-трех аршинах над дном реки. Непривычное ощущение полета будоражило его молодую, горячую кровь. Рыцарь наслаждался чарующей свободой от притяжения земли, но, наученный горьким опытом чересчур быстрого перемещения в пруду, Мах теперь осторожничал и отталкивался от невидимой воды не спеша – плавно и аккуратно.

Впрочем, несмотря на кажущуюся неторопливость движений, Мах летел очень быстро.

– Вот ведь прохвост! – неожиданно выдал появившийся справа от рыцаря призрак.

– О чем это ты? – оживился соскучившийся по разговору Мах.

– Ни о чем, а о ком, – поправил дед Пузырь и тут же пояснил: – Об этом прохиндее Силике, о ком же еще!

– Прохвост, прохиндей… Пузырь, какая муха тебя укусила? Ведь барон так нам помог! – возмутился Мах.

– Ведь барон так нам помог, – передразнил призрак. – Чем интересно, скажи на милость, он так уж нам помог?

Не ожидавший столь яростного напора рыцарь слегка опешил:

– Ну как же… Растолковал на счет заклинания «Слепой радуги», пообещал снять его и вызволить отца с Лулой из беды.

– Ага, и отправил тебя играть в жмурки со смертью, – осклабился дед Пузырь.

– Почему ты так зло говоришь! Силика разработал великолепный план! – защищал друга Мах.

– Сильно сомневаюсь! – сказал, как отрезал призрак. – Если его план столь хорош, то почему Силика не отправился вместе с тобой на Паучий Остров?

– Пузырь, ну что ты в самом деле! – теряя терпение возопил Мах.