Наследие Богини. Карина

Наступило время обеда, и столовая полна голодными учениками. Я стояла у стола раздачи и ждала Егора. Стоило ему подойти, как я, не задумываясь, повисла у него на шее и потянулась за поцелуем, а он вместо этого взял мои руки и отцепил от себя. И громко, во всеуслышание объявил: 

- Это был спор. Спор на тебя. Мы поспорили, что я влюблю тебя в себя в течение двух месяцев, и вчера ты в этом призналась, хотя и два месяца ещё не истекли. 

 Я же не верила в то, что слышу и попыталась вновь его обнять, но на этот раз он оттолкнул меня гораздо сильнее.

- Ты что не поняла? Всё кончилось! Ты мне никогда не нравилась. И встречался с тобой я из-за спора. Или ты думала иначе? – Он так противно засмеялся, что у меня невольно потекли слезы, хотя я и не хотела плакать при них и показывать свою слабость. Я не хотела, что бы они видели как мне плохо. – Ты чокнутая, и говоришь сама с собой! Ты скучная и не интересная! И я очень рад, что эта пытка закончилась. Прощай.  

Он прошёл к столу, за которым сидел ранее, до нашего знакомства, и уже приготовился сесть, но в последнюю секунду обернулся и добил меня: 

- У меня есть любимая девушка, и она не ты.

Он проехался по мне словами, как катком, и именно тогда я зареклась, что больше никогда любить не буду. Проучившись до одиннадцатого класса, я очень радовалась, что мои ноги последний раз ходят по этой школе. За эти три года учёбы, были неоднократные попытки приглашений на свидание, да только во мне живы слова Егора…  и первое свидание, на которое я решилась, было на первом курсе института, но оно так и не свершилось.

***Множество женщин стоявших у храма закричали, а затем затянули песню, и передо мной распахнули двери храма, к которому мы прибыли около пятнадцати минут назад.  

На мне тяжелое платье жемчужного цвета с многослойной юбкой, что была пошита красивыми волнами до самого пола, и босые ноги, которыми я ощутила каменную прохладу храма, стоило войти внутрь.

Перед глазами все поплыло от волнения, и я чуть не грохнулась в обморок, но вовремя прислонилась к стенке. Подняв голову и оторвав взгляд от пола, я устремила его прямо. Прямо на Дарвиэля, что стоял рядом с каменной чашей и служителем храма.  

- Не бойся, дитя. – Прошелестел голос служителя. – Подойди к нам.