Очень Страшный Властелин. Том II

Вместе с этим на моей голове начали расти показательно медленно чёрные рога, ранее доставлявшие мне довольно много проблем.

— … — папа широко открыл рот. Мама, обнимавшая меня, словно закаменела. Папа потёр глаза, покачав головой. — Святое дерьмо…

— Не сказал бы, что прямо «святое», — и в который раз вздохнул я, продолжая гладить пофигистичную собаку, наслаждавшуюся полноценной материальностью и свободой. Питт стал себя вести словно шелковый, серьёзно.

Папа молча пошёл на кухню, взял оттуда стул, притащил в комнату, поставил передо мной и сел на него.

— Продолжай, Витька, — умудрился внешне спокойным голосом заговорить папа.

— У-ужас… — не была столь спокойной мама, схватившись руками за мои рога. Её слова для меня были подобный удару под дых, несмотря на то, что я прекрасно понимал смысл её слов. — Какой ужас…

Кажется, непроизвольно сгорбился.

И никакой я уже не «ужас». Даже вкус еды вновь стал воспринимать опять, без всяких приправ!

…правда, вместе со вкусом я начал узнавать структуру еды и весь её химический состав.

— Это первая новость… — Немного помолчал, собираясь с мыслями, после чего решил кинуть сразу самую страшную бомбу, чтобы остальные потом не казались столь… масштабными: — Вторая новость. Боюсь, мне нужно будет поглотить этот мир. Скорее всего, будет достаточно планеты, — решил на всякий случай уточнить.

«Мир», в конце концов, понятие растяжимое. Да и «планета» — громко сказано. Скорее, её верхние слои.

Папа приподнял бровь сначала несильно, но после, немного обмозговав то, что я сказал, натурально затупил, из-за чего даже его отточенное годами практики движение бровью сбилось, символизируя такие эмоции, какие я ещё в своей жизни не видел.

— Что? — хором спросили родители. И если папа продолжал делать из себя венца адекватности, то мама натурально заорала, вцепившись в мои рога с невиданной доселе силой.

Наверное, это будет самый тяжелый разговор в моей жизни.

***

Я рассказал всё. Ну, практически всё, не упоминая некоторые детали.

Так, они никогда не узнают, что моё новое рождение — спланированная афера, как и то, что мой отец — мой же потомок. «Только» духовно, но их явно бы не успокоило, особенно учитывая, что духовное родство ещё более сильное, чем физическое. И тут я не псевдо-философствую — просто факт, хех.