Путешественница по мирам

Говорят, она мерзкая отвратительная человечка!

Тут ещё и козочка-дочь! У красотки рожки и хвост, только копытец не хватает. Кстати, у демоницы-матери тоже хвост, ранее мной не замеченный. Увидев меня, девчушка замирает, лицо её вытягивается от удивления, и она внезапно с восторгом произносит, чем полностью меняет моё мнение о ней:

– Она такая красивая, не понимаю почему Грэг в ярости. Он там полпарка стёр в пыль, опять садовникам работы прибавилось.

Чувствую, как на лице проступает румянец. Демоница-мать подозрительно хмыкает, наводя меня на мысль, что стребовать клятву с Грэга следует заранее, задолго до свадьбы, а в случае чего линять из местного загса, сверкая лапками.

– Что вы тут все делаете? – голос у Грэга угрожающий. У демона предсвадебная истерика?

– Мы уже уходим, – поворачивается к нему мать. – Я принесла подарок твоей невесте, – она протягивает Грэгу широкий круглый браслет из платины на руку. Губы демона посещает кривая злая улыбка, и он забирает украшение у матери.

– Премного благодарен за заботу, – холодно благодарит он её, подходит ко мне и, грубо схватив за руку, надевает браслет, застёгивая со щелчком.

Демоница с удовлетворением отметила, что браслет надет, и, прихватив дочь, покидает комнату, гордо держа голову на лебединой шее. Девчонка, постоянно оборачиваясь, нехотя плетётся за матерью.

– Пойдем дорогая, всё готово, – произносит Грэг так, словно мы идём на шикарные похороны, а не на скромную королевскую свадьбу.

– Клятву, – растягиваю губы в фальшивой приветливой улыбке.

– Пошли все вон! – рявкнул демон и кинул взгляд на служанок, которые ждали указаний. Прислуга вылетела пулей. А козлодемон не пользуется популярностью у местного демонолюда!

– Что конкретно ты хочешь? – холодно спрашивает демон, прожигая меня злым, полным ненависти взглядом.

– Скажи честно, у тебя проблемы с оборотом в свою ипостась? – задаю я в лоб прямой вопрос.

Грэг продолжает молча ненавидеть меня взглядом. Всё, что его выдает – это плотно сжатые губы и крепкий захват моей руки. Он так её и не отпустил.

– Не твоё дело, – рычит он, и у него дёргается мускул на щеке.

– Тогда клятву, что ты будешь моим бесправным рабом, – приторно мило произношу я, – а то свадьбы не будет.