Путешественница по мирам

Очень быстро сушит их, создавая вполне приличную причёску. Вижу всё это в зеркало: в короле умер парикмахер-лицедей.

– Ты красива, – восхищенно произносит он, наблюдая за мной в зеркало. Его пальцы скользят по моим плечам, он словно скульптор обводит линии моего плеча, спускаясь вниз по рукам. От этих прикосновений разбегается тепло по всему телу, становится сложно дышать. Хочу отодвинуться, чтобы прекратить тактильный контакт с драконом, но его пальцы достигают моих пальцев и он, переплетая их со своими, обнимает меня моими же руками и прижимает к себе, осторожно и нежно.

– Что тебе открылось в видении? – спрашивает он соблазняюще тихо, касаясь моих волос губами в лёгком поцелуе.

– В видении? – растерялась я, потеряв здравомыслие от прикосновений.

– Ты сказала, что увидела, как вышла замуж за демона, – очаровывающий голос у дракона, тут и не сразу вспомнишь, о каком демоне идёт речь.

– Я была в свадебном платье, и козлодемон меня целовал, а я ему отвечала чересчур активно, – наконец-то сообразила я, приходя в себя, – и почему я вообще вижу будущее?

– Будущее многовариантно, ты увидела наиболее вероятный ход событий, – отвечает мне дракон.

Чарующая интонация, волшебные объятия, меня ненавязчиво соблазняют; жаль, не уточнила, как наказывается прелюбодеяние в эльфийском мире.

– Значит, вероятность того, что это сбудется, 50 на 50? – я уже совсем пришла в себя, драконофлюиды на меня больше не действуют, – и с чего вдруг меня накрыло ясновидением?

– В тебя это было заложено от рождения, – продолжает удерживать меня в объятиях дракон.

– Когда демон исполнил твои желания, он разбудил дремлющую силу, твои ментальные песнопения в виде кошки – прямое тому доказательство. Потом ты удачно вырубила нашего оракула кружкой и переняла у Грэга способности видеть будущее, полностью отобрав их у него. Теперь ты оракул, ты – жрица-прорицательница.

– Хочешь насыщенной интересной жизни – слетай в мир драконов, – иронизирую я, – тебе там точно понравится. Я убью козлодемона. Как ты понял?

– Я вроде как монарх, самый драконистый дракон среди драконов, – хвастается Филипп, его губы расплываются в обворожительной улыбке.

– Ты точно падал, когда учился летать, я уверена, – усмехаюсь, глядя в зеркало на его сияющие глаза. Он приручает меня, он играет со мной искусно, заставляет почувствовать себя защищенной, расслабиться, довериться. Похоже, я проигрываю в этой схватке с драконом.

– Я никогда не падал, – с пафосом отвечает он и мягко смеётся.