"Соттель", школа для одаренных

— Норман! — произнесла я раздраженно, щелкнув по кольцу на пальце.

Случайно вызванного в прошлом году моим сыном призрака пришлось привязать к Хранителю и поместью, потому что он не захотел уходить в загробный мир и был намерен остаться в “Соттель” навсегда. Норман в прошлом был магом, поэтому упокоить его насильно мы просто не смогли, пришлось соглашаться на его условия. Из всех духов Дарий умудрился призвать именно этого, самого вредного, наглого, упертого, да еще и подкованного в некроритуалах.

Кто-то из моих предков когда-то выиграл у Нормана в карты родовой медальон, хранящийся уже несколько веков в нашей крошечной сокровищнице. Вот эта вещица и притянула духа вместо того, что вызывал сын в попытке пообщаться с кем-нибудь из рода ид Й’орн.

Прошло не более нескольких ударов сердца, как прямо из ближайшей стены медленно выплыл полупрозрачный, слегка светящейся молодой мужчина в костюме позапрошлого века, завитыми локонами на голове по моде того времени и маленькими подкрученными усиками под призрачным носом.

В помещении сразу стало зябко и прохладно, а стекла на окнах покрылись легкой изморосью.

— Звали, госпожа? — лениво проговорил он, осматривая пространство и останавливая свой пробирающий до нутра взгляд на строителях. Те охнули и очень громко сглотнули.

— Назначаешься ответственным за этих двоих, — кивнула на гоблинов. — проследи, чтобы полы были идеально ровными. Отчитаешься мне, когда строители тут закончат.

— Всенепременно, — оскалился призрак.

— очень люблю, когда полы ровные, а вы, господа?

— Гхе... гха... — раздалось придушенное со стороны гоблинов. — может, не надо? Мы эта.... сами тут... — вопрос от одного из них уже ко мне, и глаза такие честные-честные, хоть и красные после вчерашних алкогольных развлечений.

Я цыкнула языком, немного сжала пальцы и выпустила в мужиков простейшее заклинание полного отрезвления. Гоблины застыли, покачнулись, помотали головами. Их глаза приняли нормальный цвет, лица посвежели, а аромат вчерашней настойки сразу же пропал из комнаты.

— Приступайте! — приказала так уверенно и грозно, что строители встали по стойке “смирно”. — До вечера пусть справятся. Стелла уже спрашивала, когда она сможет вернуться к занятиям в этом кабинете. — это уже сообщила Норману.

— Для моей музы сделаю все что угодно! — взгляд призрака стал мягче, а пронизанный загробным холодом голос приобрел мурлычущие нотки.