"Соттель", школа для одаренных

Наставник Или, оказавшейся суперкрутым преподом, умелым магом и в целом отличным, хоть и строгим дядькой, которому хотелось подражать и к чьему мастерству я планировала стремиться, научил меня дозировать силу, которую я по его рекомендации представляла клубком ниток, от которого отматывала то короткую нитку, то очень длинную.

Это помогало кастовать простейшие заклинания, вроде создания “птичек” или чего-то бытового, а также создавать более сложные штуки, например, светлячки, огненные мячики, а также лечить порезы, синяки и ссадины, которые часто сопровождали выматывающие тренировки с наставников Неро.

Пришлось, разумеется, выучить множество пассов (“гнутых пальцев”, говоря на жаргоне местных школьников), а также команд-активаторов на древнем магическом языке этого мира и команд-заклинаний на нем же. Одним словом, “костылей”, как называли этот вид помощи в сотворении магии наставники.

Кстати, забыла упомянуть, что школьный врач убрал мои шрамы за пять лечебных процедур, а еще вывел из моего организма последствия жизни в не самых экологически чистых условиях и избавил наконец-то от боли в колене и хрустящих из-за постоянных тренировок суставов, возникших еще на Земле.

Элайна под моим присмотром стала чуть смелее и активнее. Глядя на меня, она тоже старалась хорошо учиться, посещала факультативы по своему дару и ходила за компанию со мной на факультативы по физической подготовке у наставника Неро.

А еще гарпия уже безбоязненно сопровождала меня в столовую, теперь уже постоянно занимая место за столом девчонок-вампирок из клана Моран и порой засиживалась в библиотеке, так как мы все-таки нашли общий язык с местным призраком Норманом и иногда играли с ним на щелбаны в “дурака”.

Дух молодого повесы и ловеласа позапрошлого века оказался тем еще "каталой" и жуликом, к слову сказать. Он даже призван был в школу просто потому, что проиграл в карты свой родовой медальон кому-то из предков госпожи директора.

На минуточку, несмотря на призрачную суть, эти самые щелбаны Норман выдавал самые что ни на есть реальные, а потом смеялся таким жутким замогильным смехом, что становилось откровенно не по себе. Привыкнуть к этому хохоту, а также ледяным мурашкам из-за источаемого школьным призраком “мертвячьего” флера, я, признаться честно, до сих пор так и не смогла.