О бедном зельеваре замолвите слово.

Трактирщик на мои словами и бровью не повёл. Вспомнив слова Василька, добавил: – я ваш новый маг.

Не скажу, что после этого во мне признали родственника, но мужчина наконец оторвался от кружки, снова взглянув на меня. Почти округлое лицо, маленькие, но цепкие глаза которые привыкли замечать любую мелочь, остроносый нос, мясистые губы. Толстая короткая шея, широкие плечи с толстыми руками и солидный объёмный живот. Его голос, однако, был громким и звонким.

- Значит это вы, о ком судачат местные. Маг значится.

- Ну, я не совсем маг, – нечего приписывать себе то, что не умеешь, иначе проблем наживу. – Зельевар я. Окончил столичную магическую академию и прибыл сюда по завещанию дяди. Так что насчет ночлега?

С минуту он думал, а я стоял ждал. Потом наклонился вперед, понизив голос, словно кто-то мог его ещё услышать в пустом помещение.

- Хорошо, зельевар. Ты поможешь мне, а я бесплатно предоставлю тебе комнату и ужин.

- Что нужно сделать? – я навострил уши. Уборка вроде не требовалась… быть разносчиком в вечернее время? Практики правда в этом нет, но за еду я уже и грядки полол, и с петухом воевал, и здесь как-нибудь да справлюсь.

- Это… ты ближе-то подойди, – становилось всё интереснее. – Ты только смотри, зельевар, не проболтайся. Есть тут одна дама, которая мне по сердцу, да только вот это…

- Приворотное надо?

Глаза трактирщика расширились и он сплюнул прямо на пол.

- Чего ты мелешь, зельевар! Не яд твой нужен, а чтобы уверенности придать.

Вот оно как. Любовные муки. Хорошо что без приворотного, не переношу эти штуки, хоть и популярны. Привороты и отвороты, многие большие деньги заплатят, но и спрос потом, до тюрьмы. А зелье для уверенности…

- Хм, – я почесал затылок: перед глазами начали появляться нужные рецепты. Проблема заключалась в их сложности приготовления и в побочных эффектах.

Я попросил бумагу и перо с чернилами – трактирщика как ветром сдуло, и как ветром принесло. Сев на стул, макнул гусиное перо в чернила и начал рассчитывать пропорции для будущего зелья. Не знаю сколько времени прошло и стоял ли всё это время Олд со мной, но, когда громко воскликнул, он тут же зашумел.