Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 4

— Я, тут, у меня, — как овца на заклании, заблеяла Мара.

Первый раз я видела ее такой подавленной и нерешительной.

— Все она сделает, вы не переживайте, — улыбнулась я и встала со своего места, — Давайте, я вас провожу к воротам.

— Нет, не стоит, — он снова улыбнулся и попытался поймать мою руку.

— Зачем это? — я спрятала руку за спину, и скрутила фигу.

Дядя немного побледнел.

— Хотел поцеловать вашу ручку, — он протянул мне ладонь.

— У меня муж есть, — буркнула я, — И вообще я не люблю, когда до меня прикасаются посторонние.

— Давай дядя, вали, — прокаркал, неизвестно откуда взявшийся Марин ворон, — А то я твою статую украшу своими художествами раньше голубей.

Мужчина подпрыгнул на месте.

— Он что-то сказал? — спросил «Кощей».

— Вам показалось, — я открыла дверь.

Он снова протянул ко мне клешни. чтобы дотронуться до меня, но я увернулась, и как-то неожиданно и случайно ударила его дверью.

— Ой, простите, я не хотела. Маре надо работать, а то не успеет к сроку.

Мужчина чуть скривился, но пересилил себя и попрощался с нами.

— Дорогая, ты когда на кладбище была? — поинтересовалась я.

— Я каждый день там бываю, это же моя работа.

— Я не о том. Заряжалась когда?

Марена задумалась, а потом ее лицо как-то странно сморщилось.

— В день, когда ездили за камнем. А это больше месяца назад, ну не считая того раза, когда на нас демоны напали.

— Пошли гулять по кладбищу, — сказала я, — Собирайся. Потом твой камень обрабатывать будем.

Она вздохнула, отложила все, надела пояс с серпом и мы с ней отправились на кладбище. Жаль, я свою косу не взяла, может быть кого интересного встретила.

Вот так работа

Мы вышли из мастерской. На солнце было видно, как Мара осунулась, похудела и подурнела за те пару недель, что я ее не видела.

— Давай только на кладбище себя прилично вести. Скоро людей будут хоронить, не нужно привлекать к себе внимание, — сказала Марена.

— Нет, я буду бегать по кладбищу и распевать похабные песенки, — усмехнулась я.

— Не надо, — она слабо улыбнулась.

Дошли с ней до ограды, и вдруг она развернулась обратно. Пошла, покачиваясь, словно зомби.

— Мара, ты куда? — крикнула я.

— Надо доделать статую, а потом всё остальное, — забормотала она.

— Стоять, — крикнула я, — вернись, иначе я буду бегать и петь частушки матерные.