Психотерапевт для демона

С ним в тот вечер я так и не пересеклась, но день всё равно был испорчен: слёзы, когда-то душившие меня, пытались снова прорвать плотину. Музыку в автомобиле я врубила на всю мощь, чтобы выбить из себя остатки боли и обиды. Я никогда не буду жить прошлым. Никогда!

В свою пустую ипотечную однокомнатную квартиру я входила с улыбкой на лице и слегка пританцовывая. Музыка сделала своё дело. Язва, появившаяся после реанимации внутри меня, очнулась ото сна и требовала праздника, зрелищ и, возможно, немного алкоголя, совсем чуть-чуть.

Глаза наткнулись на старый бабушкин шкаф. Вот не смогла я своей весёлой бабуле отказать и приняла в дар на новоселье её советский старый шкаф коричневого цвета. Лакированный. Даже два ключика были целы.

Вспомнила, как мы с младшим братом играли в этом шкафу, переворачивая все вещи бабули вверх тормашками. Странно, но нам никогда не попадало за бардак в шкафу.

Открыла дверцу полупустого шкафа, глубоко вздохнула и вошла в шкаф.

Шебуршание в другом углу шкафа меня вначале даже не насторожило.

– Доброй ночи, – поприветствовал меня незнакомый мужской голос.

Резко открыла глаза и уставилась в противоположный угол. Глаза пришельца горели красным, и у него были рога.

Нет, обморока у меня не случилось.

И я даже не завизжала, доводя соседей до депрессии.

– Здравствуйте, – произнесла я и потом зачем-то добавила: – Чем могу Вам помочь?

Последняя фраза однозначно была вызвана шоком. Но огненноглазик неожиданно ответил:

– Жена выгнала, – он расстроенно вздохнул, – сказала, что я чёрствый чурбан. А я всё только для неё: любую душу на любой вкус, все деньги в дом, любой каприз по первому требованию. Всё, что её душеньке угодно, люблю я её. Не понимаю, что делать.

– Выпороть, – ляпнула я первое, что пришло в голову, и икнула.

– Думаете, поможет? – серьёзно спросил рогатый.

– Угу, – кивнула головой и снова икнула.

– Пойду, попробую, – согласился неожиданно странный гость и мгновенно исчез.

Выползла из шкафа на корячках, плотно захлопнув дверь, меня пробивала мелкая дрожь от страха и медленно подступающей паники.

В ту ночь двери шкафа я забаррикадировала всем, чем можно было. А утром я долго и нерешительно мялась возле баррикад, но мне очень нужна была одежда.