Третьего раза не будет!

— Пульс очень слабый. Аура истощена почти до предела.

Я не видел потока силы, который доктор направил к пациентке, но положительных изменений не произошло, она не пришла в себя и даже не порозовела. Мертвенная бледность продолжала растекаться по застывшему лицу, губы посерели. Рядом всхлипнул один из сыновей, и я вдруг отчётливо осознал, что Аня может умереть. Мысль мне не просто не понравилась, она привела в такую ярость, что зрение сузилось до одной точки — лица жены. Целитель поднял на меня испуганный взгляд и убрал руки.

— Больше я ничего сделать не смогу. Это аура. Сами знаете, это не лечится. Теперь только ждать.

— Шансы?

— Невысокие. Девочка, конечно, довольно молода, но отдала слишком много. Ты и сам не в лучшей форме, Алексис, но ты восстановишься, а она — не знаю. Если доживёт до завтра, то шансы будут. Я заберу её в лазарет под наблюдение.

— Нет. Я буду наблюдать сам.

— Ты ей сейчас ничем не сможешь помочь, никто не сможет. Это же аура…

— Я всё сказал.

— Можно попробовать дать восстанавливающий эликсир. Свидетельств его эффективности в таких ситуациях нет, сами знаете, но и вреда точно не будет, — предложил целитель.

— Да, отлично, дайте зелье.

Пожилой мужчина, чьё имя я всё время забывал, напоил Аню нужным зельем, затем поднялся, бегло осмотрел сыновей, кивнул Эртанису и вышел из кабинета. Двое напуганных мальчишек так и стояли рядом, всё ещё одетые в синие дублёнки и с рюкзаками на плечах.

— Эртан, объясни им, пожалуйста, что случилось, и скажи, что я пока не могу пользоваться мыслеречью.

Друг присел перед детьми и ненадолго завладел их вниманием.

— Я сказал, что их мама плохо перенесла портал, но мы сделаем всё возможное, чтобы ей стало лучше.

— Хорошо. Спасибо! Передай им, пожалуйста, что мне очень жаль, что так получилось, но мы будем надеяться на лучшее.

— Сделано, — отозвался Эртанис.

— Объясни, что мы отнесём Аню на лечение и что им необходимо начать изучение аларанского как можно раньше.

Эртан долго мысленно беседовал с сыновьями, а потом они оба ко мне подошли. Я, как смог, обнял их и потрепал по светлым макушкам.

Вскоре пришла служанка и увела сыновей. Они бросили на меня два отчаянных взгляда, но спорить не посмели.