Урожай собрать не просто

Но разве твоя матушка не заключила договор на ее выращивание?

– Я ничего не знаю об этом, и потом, мы же обеспечиваем продовольствием казармы третьего полка.

– Вот видишь, мама, ты же сама говорила не повторять чужих сплетен.

– А разве третий полк не стал закупать продукты на севере?

– Не может этого быть, – легко отмахнулась я. – Там одна транспортировка будет стоить больше, чем сам груз. И что же, Алисия, этот фабрикант не проявил к тебе совсем никакого интереса?

– На мой взгляд, он вообще презирает женщин.

– Еще бы, – фыркнула леди Карин, – постоянно имея рядом с собой такие образцы женской натуры, как его сестры.

– Николетта, ты скоро сможешь их увидеть. Через несколько дней в Кладезе будет осенний бал.

– Если только уговорю одного из братьев вывезти меня туда.

Посещение остальных соседей оказалось менее приятным и неизмеримо более нудным. Каждый – от жены предводителя общественного собрания Кладезя, который также не поленился захватить должность мэра города, до старой вдовы, троюродной тетушки моего отца – с неизменным интересом спрашивал, чем я занималась при дворе.

Но, не дождавшись сенсаций, все начинали демонстрировать свои нововведения и приобретения за последние два года. Не зная, каким эпитетом наградить очередную мебельную обивку и при этом не повториться, как избавиться от запаха хлева после осмотра отелившейся буренки и проявить должное сочувствие к падению цен на хмель и росту их же на пиво – я была просто счастлива, когда из намеченной на сегодня программы остались только «Дубки», имение лорда Гордия.

Около парадного входа дежурил продрогший лакей. Вокруг его высокой форменной шапки нарезал круги припозднившийся шмель, и слуга попеременно то провожал жужжащего глазами, то чихал, пугая резким звуком.

– Добрый день! Передайте, пожалуйста, леди Раде, что леди Николетта заходила поблагодарить ее за приветствие. – Я протянула карточку с краткой запиской на оборотной стороне.

– Что вам здесь надо, милочка? – раздался скрипучий голос за моей спиной.

Я медленно обернулась и попыталась ответить как можно более вежливо, несмотря на то, что противное слово «милочка» застряло в ушах:

– Доброе утро, леди Рада. Я хотела нанести вам визит в благодарность за любезную приветственную записку.

Передо мной стояла крепкая пожилая дама лет шестидесяти с вытянутым, как у гончей, лицом под тщательно уложенными буклями парика.